|
Ригас Балсс (Рига) 15.07.82
Откровенный разговор
Вчера в конференц-зале гостиницы «Юрмала» на встречу с журналистами пришли гости Юрмалы и участники курортного праздника Алла Пугачева, Геннадий Хазанов, Константин Райкин и Раймонд Паулс. В беседе артисты рассказали о своей работе, замыслах, о тех проблемах, с которыми приходится сталкиваться, а также ответили на заданные им вопросы.
Что же спрашивали журналисты и каковы были полученные ответы?
Вопросы АЛЛЕ ПУГАЧЕВОЙ: Как прошел ваш концерт в «Олимпии»? С какими мыслями вы отправлялись в Париж? Что, по-вашему, самое необходимое, чтобы советская эстрада еще шире переступала границы страны? Что делаете в последнее время? Выбираете ли сама себе наряды для сцены?
— Может быть, еще не все знают предысторию моей поездки во Францию, поэтому начну с нее. Выступить с концертом в «Олимпии» меня пригласил ее директор Жан Мишель Барисс, когда он гостил в Москве. Обоюдная договоренность состоялась, и, несмотря на то, что сроки откладывались, наконец 27 июня я отправилась в Париж. Откровенно говоря, ехала туда с небольшой надеждой, что увижу полный зрительный зал. Июнь — это весьма неудачный месяц, ибо многие в это время загородную прогулку предпочитают креслу в зрительном зале. Неизвестная для меня публика, неизвестная для публики певица... Была почти уверена, что ничего хорошего из всего этого не выйдет. Мои сомнения усилил и весьма озабоченный вид Жана Мишеля Барисса, когда он встречал меня на аэродроме. Концерт был запланирован на следующий день. Рекламы концерта не было, и, безусловно, внутреннее напряжение росло. Однако рядом с этим чувством было и другое, намного сильнее, способное все личное отодвинуть куда-то на второй план. Это было чувство, что я здесь не просто я, а частичка своей земли, своего народа, что приехала сюда представлять советское эстрадное искусство.
Зал был полон. Концерт длился два с половиной часа без перерыва. Публика аплодировала стоя. Это был успех. На следующий день вернулась домой.
Чтобы советская эстрада шире шагала по свету, нужно и то, что мы называем рекламой. Мы смотрим фильмы «АББА», о Джо Дассене, Эдит Пиаф и многих других ансамблях и певцах, но еще мало задумываемся и работаем над тем, чтобы подобные фильмы создавать и о наших артистах эстрады. То же самое могу сказать о фирме «Мелодия». Мода в эстраде меняется быстро, и долгая «раскачка» тут не к месту.
Сейчас так же, как и всегда — работаю. Думаю, что в скором будущем наряду с другими новыми песнями в моем репертуаре услышите и песню Раймонда Паулса «Миллион роз». Эта песня знакома вам под названием «Подарила Мариня», автор текста на русском языке — Андрей Вознесенский.
Относительно моих нарядов: конечно, я их подбираю сама, но вместе с модельером Вячеславом Зайцевым.
Вопросы РАЙМОНДУ ПАУЛСУ: Ваше место работы — редакция музыкальных передач на радио. Какие возможности она открывает? Какого мнения вы о фирме «Мелодия»? Композитор и певец — какие отступления допускаете в этой совместной работе? Исполняли ли вы когда-либо свои песни?
— Откровенно говоря, радио раскрывает перед композитором самые широкие возможности. К сожалению, у нас в республике проводятся мало фестивалей эстрадной музыки и песни, которые бы дали возможность увидеть и услышать все то, что можно найти в каком-то городке или поселке. Телевидение тоже такими ансамблями и исполнителями интересуется мало, и именно поэтому радио могло бы быть первооткрывателем новых голосов и интерпретаторов. Хорошим доказательством моих слов, думаю, послужит пример с ансамблем «Далдери» из Бауски. Говоря о фирме «Мелодия», конечно, в рамках республики, полностью соглашаюсь с Аллой Борисовной. Первое, в чем хотелось бы упрекнуть фирму, — это медлительность. За примером не нужно далеко ходить; это диски с записями лучших песен года передачи «Микрофон». На мой взгляд, намного качественнее могло бы быть и художественное оформление конвертов, сама запись.
Говорить о совместной работе композитора и исполнителя можно много и долго. Мое мнение таково: написать к песне ноты — это только пятьдесят процентов конечного результата. Исполнителю обязательно надо давать возможность импровизировать, и если он считает, что вместо «до» нужно «ре», — пусть так и будет. Я за то, что в этом отношении певца ограничивать нельзя. Для него тоже каждая новая песня — это творчество.
До сих пор своих песен не пел и вряд ли запою в будущем.
Вопросы ГЕННАДИЮ ХАЗАНОВУ: Каково ваше мнение о рекламе? Контакт с телевидением для артистов вашего профиля — это плюс или минус? И у юмора и у смеха есть свои законы — каковы они?
— Реклама, безусловно, хорошая реклама, нужна и должна быть. Если о певцах, ансамблях рекламные фильмы все-таки создаются, то о комиках или артистах разговорного жанра их почти нет. И я присоединяюсь к мнению Аллы Борисовны, что нам необходимо более смело и энергично рекламировать нашу советскую эстраду.
Конечно, любое «столкновение» с телевидением — это своего рода плюс, который, к сожалению, нередко превращается в сравнительно большой минус. Плюс — это огромная аудитория зрителей, плюс — это запись, когда можешь посмотреть на себя со стороны и при желании и настойчивости что-то исправить. Но если одну и ту же запись десятки раз крутят разные передачи, это уже минус, ибо создается обманчивое впечатление, что артист попросту ничего другого не умеет (это я говорю об артистах своего профиля).
У юмора и смеха много своих законов, и один из них хорошо знаком в народе, он гласит: шутка, повторенная дважды, уже не шутка, а... да не буду вам подсказывать, ведь вы сами знаете, что это.
Вопросы КОНСТАНТИНУ РАЙКИНУ: Ленинградский театр миниатюр меняет адрес. Какие изменения в связи с этим произошли в труппе? Над чем сейчас работаете вы? Что, по-вашему, может и что не может артист?
— Ясно одно, что одной постановкой мы не обойдемся, нужны будут несколько. В связи с этим должна расшириться и труппа. Сейчас она уже пополнилась двенадцатью новыми артистами. Готовясь к новому сезону на новом месте, мы оба — отец и я — усердно работаем: ставим каждый свой спектакль. За отца я спокоен, чего, к сожалению, не могу сказать о себе. Пьеса, которую ставлю — сатирическая, в ней много музыки, танцев. Откровенно говоря, меня не только смущает, но и пугает то, что это будет первый спектакль в театре миниатюр без участия Аркадия Райкина. Я даже представить не могу, что скажут зрители, ведь раньше они говорили: иду смотреть Райкина, а теперь?
Что может и не может артист? По-моему — он должен уметь все, но главное, виртуозно владеть своим телом, движениями, не искать поддержки со стороны. Когда мы слушаем, как играет Рихтер, никакие эффекты со стороны не нужны. Человек до конца освоил инструмент, и все остальное становится лишним. Может быть, сравнение не к месту, но я убежден, что и сам человек — это тонкий инструмент. К сожалению, мы еще не умеем на нем «играть»...
А. Козлова.
Ригас Балсс. — Рига, Латвия, 1982. — 15 июля
|
|
|
|
