|
|
Noorus (Таллин, Эстония) 11-85
ALLA PUGATŠOVA!
INTERVJUU PIKA JALA KOHVIBAARIS
V aevalt jõudis ta autost väljuda, kui kohviku ümber kogunes rahvasumm. Kõrvallauas istuvad Saksa DV turistid haarasid fotoaparaatide järele, kusagilt ilmusid vaimustatud tüdrukud, kes aegajalt hõikasid: «Alla! Alla!»
Lauljannal on väsinud ilme. Ta võtab mustad päikeseprillid eest ja asetab need lauale. Oks väike tüdruk vaatab huviga tema oranži juuksepahmakat. «Küsige siis,» ütleb ta veidi kähiseval häälel.
Te osutate palju abi noortele heliloojatele ja muusikutele. Koostöö trioga «The Herreys» on samuti osa sellest. Kas kavatsete jätkata!
Loomulikult. Kuid «The Herreys» on Euroopas niigi tuntud. See-eest on meil endil palju noori ja andekaid muusikuid, kes töötavad aastaid ääremaadel ega suuda kuidagi õnneloosi välja tõmmata. Ainuüksi Leningradis on rokkansamblid «Akvaarium», «Takso», «Zoopark», «Sekret». . . Tallinn ja Leningrad on küll naabrid, kuid kas olete neist midagi kuulnud? Kesktelevisiooni saateisse pääseda on neil väga raske. Kui see õnnestubki, siis kammitakse, puuderdatakse ja triigitakse nad seal nii siledaks, et hiljem iseennast ära ei tunne. Hiljuti tegin ma mõnele vähetuntud Moskva ja Leningradi ansamblile ettepaneku saata mulle oma laule. Püüan noori suurele lavale aidata. Küll ma midagi välja mõtlen!
Valmistate praegu ette oma kolmandat kava. Ka lavastaja olete jälle ise. Kas see kurnavaks ei muutu! Iseennast kõrvalt vaadata pole ju sugugi nii lihtne. ..
Lavastamine on alati põnev. Ja see, mis on põnev, pole raske. Sellest hoolimata on probleeme küllaga. Üksinda ma toime ei tuleks. Õnneks on mul palju mõttekaaslasi — ansambel «Recital», balletirühm, heli- ja valgusoperaatorid. Koos nendega ma töötangi.
Milline on teie uus kava ja millal seda näha saab!
Uue kava tinglik nimetus on «Kontsert sõpradele». Viimasel ajal olen ma pidevalt esinenud tohututel väljakutel, nüüd ihkan kuulajatega lähemat kontakti. «Kontsert sõpradele» on esitamiseks väikeses saalis, kammerlikus õhkkonnas. Laulude toon on pehmem, intiimsem ja usaldavam. Millal toimub esietendus, ei oska ma isegi öelda. Elame — näeme.
Hiljuti ütlesite ühes intervjuus, et te ei taha enam filmides esineda estraaditähe osas, kel asjad algul ei klapi, kuid kes filmi lõpuks saavutab edu.
Täiesti õige, ei taha. Ära on tüüdanud.
Samas intervjuus te kinnitasite, et olete valmis mängima ükskõik millist draamarolli.
Jah. Võiksin mängida kas või külanaist või reisilennuki pilooti. Aga kust ma leian režissööri, kes mulle sellist osa pakuks? Stsenaariume kirjutatakse mulle küllalt. Kuid neis peaksin mängima estraaditähte. Milleks mulle see? Kui pakutakse tõesti huvitavat osa, siis palun väga. Esialgu pean ootama.
Räägitakse, et kavatsete Moskvas asutada Lauluteatri. Kuidas sellega lood on!
Ametlik nõusolek on käes. Tulevikus tuleb mul üle elada ründav küsimus: «Milleks talle see teater?» ning kolleegide solvumine, sest nemadki tahaksid endale teatrit. Esialgu aga mõtlen koos arhitektidega, kuidas Ermitaaži aias asuvat kontserdi-väljakut ümber ehitada. Sinna see teater ilmselt tulebki. Kuid kõik pole veel lõpuni paika pandud.
Pugatšoval pole olnud kerge. Enne võitu «Kuldse Orfeuse» lauluvõistlusel Bulgaarias tema nime peaaegu ei teatud. Ta töötas aastaid Lipetskis. Mõnikord tuli tema kontserdile ainult paarkümmend kuulajat. Ükskõiksust ande vastu on ta palju näinud. Võib-olla selle pärast aitabki ta nüüd nii hea meelega noori muusikuid?
Tal pole lihtne üksi olla. Temalt tahetakse autogramme, soovitakse teda puudutada või lihtsalt vahitakse. Ööpäev läbi seisavad austajad ta maja juures Moskvas Gorki tänaval. Ihalejad käivad tema kannul, sõidavad kontserdireisidele kaasa ning jõuavad mingil veidral moel kõikjale, kus ta viibib. Hotelli «Olümpia» fuajees tutvusin ühega neist. Kahekümneaastane moskvalanna Sveta ütles, et nad nimetavad end «Pugatšova fanaatikuteks». Tallinna tuli lauljanna jälil umbes 20 ihalejat. Harilikult pidi neid veelgi rohkem olema. Nad ööbisid Balti jaamas ja lennujaamas. Päeval viibisid nad seal, kus Pugatšovagi. Sveta töötab ehitusel. Kui Pugatšova läheb kontserdireisile, siis võtab tüdruk palgata puhkuse ja sõidab lauljale järele.
Ma ei küsinud Alla Pugatšova käest, mida ta oma «fanaatikutest» arvab. Küllap nad käivad talle närvidele. Kuid mis teha? Kontvõõras kaaskond on passiealine ning ühiskondlikku korda nad ei riku. . .
Alla Pugatšova praegune populaarsus on nõukogude kerges muo-sikas enneolematu nähtus. Tähti on varemgi olnud, kuid superfähti on ainult üks — Pugatšova. Talle on avatud maailma kuulsaimad kontserdisaalid Pariisis, Londonis, Stockholmis, Helsingis. . .
Minu arvates on tal praegu eriti raske. Peale ande tuleb kulutada ka tohutu hulk moraalset ja füüsilist jõudu. Tema lähim abiline, režissöör Aleksandr Voronkov ütles: «Alla töötab 48 tundi ööpäevas. Tema tööarmastus ja vastutustunne on lausa uskumatud.» Kuid küsige, kas Alla Pugatšova on sama kuulus ka kümne, viieteistkümne või kahekümne aasta pärast ja ma vastan teile — jah! Sest ta väärib seda.
BORIS SANDRATSKI
TIIT KOHA fotod
TALLINNA NÄDAL
• 9.—13. septembrini toimusid V. I. Lenini nim. Kultuuri-ja Spordipalees Rootsi lauiutrio «The Herreys» kontserdid
• Kava juhatas sisse Alla Pugatšova • Per Michael, Richard ja Louis: «Meie ei suitseta!» •
Pühapäev, 8. september 1985. Nagu oma tähtsust tunnetades veeres hommikune Leningradi rong väärika aeglusega Balti jaama neljandale teele. Järsku nõksatas juba seisev rong tagurpidi liikuma. Kaheksanda vaguni uksest paistis heledapäine üllatunud näoga noormees, kes hüüdis midagi võõras keeles. Rootsi laulutrio «The Herreys» oli rongiratas-te vaikse nagina saatel suundumas haruteede rägastikku. Kas tõesti annavad 1984. aasta Eurovisioni lauluvõistluse võitjad, tänavuse Sopoti lauluvõistluse Grand Prix' omanikud esimese kontserdi raudteetöölistele! Siis rong peatus ning uudishimulikult ringi vaadates astusid Per Michael, Richard ja Louis Herrey Eestimaa pinnale. Koos isa Willy ja ema Mariannega tõsteti reisikotid paki-kärule. Veerand tunni pärast seisis nende roheline mikrobuss juba hotelli «Olümpia» ees.
Tee kuulsusele algas tegelikult juba väga ammu, Hispaanias, kus perekond aastapäevad elas. Willy ja Marianne Herreyl on seitse last — 3 poega ja 4 tütart. Ehkki poisid olid veel üpris noored, otsustasid nad muusikaga tõsiselt tegelema hakata. Marianne Herrey: «Ütlesime neile, et kui olete töökad, siis töötame ka meie teie heaks. Kui aga hakkate laisklema, ärge meilt toetust oodake.» Kogu perekonna elu läks uutele rööbastele. Per Michael, Richard ja Louis hakkasid käima tantsu- ja muusikatundides, neile osteti pillid ja võimendid. «Ja nii me hellitasimegi nad ära,» naeris Marianne. Peagi kolisid Herreyd Rootsist Los Angelesse. «Otsisime neile Hollywoodi parimad õpetajad,» ütles Willy. «Iga kuu tuli tantsu- ja muusikatundide eest maksta 2000 dollarit. Mina töötasin kahe koha peal, Marianne asus tööle lapsehoidjana ja poisid teenisid õhtuti lisa Hollywoodi stuudioid koristades. Tööd pidi rabama ka uneaja arvelt, kuid meil oli kindel eesmärk.» Viimaks hakkasid pingutused vilja kandma — 500 kandidaadi seast valiti Richard kuulsa muusika-filmi «Fame» kõrvalosasse. Per Michael sai tööd tantsuõpetajana ning Louis vabastati hea edasijõudmise tõttu õppemaksust. Samal ajal viimistlesid vennad ühist lavakava. 1984. aastal kutsuti «The Herreys» Eurovisioni lauluvõistlusele. 5. mail 1984 tunnistati nad lauluga «Diggi Loo, Diggi Ley» 800 miljoni televaataja silmade all lauluvõistluse võit-jaiks. Rõõmupisarad silmis, seisid kolm värvilistes särkides noormeest laval. Tunnustus oli käes!
Ringreisid, telesalvestused, plaadistamised. Tänavu augustikuus tuli teine suur võit — Sopoti lauluvõistlusel pälvis «The Herreys» peaauhinna. «Muidugi pole nad maailma parimad lauljad ega ka maailma parimad tantsijad,» ütles Willy. «Kuid neile meeldib esineda ja nad on õppinud seda hästi tegema. Publik tunneb kohe, et nad ei teeskle, vaid on ehtsad. Selles ongi nende edu saladus.» «Me oleme nende üle uhked,» lisas Marianne, «sest nad tõestasid oma sihikindlust.»
Herreyde lavashow on nagu tulevärk — särtsakas ja lustlik. Värvilistes prožektorikiirtes keerleb valge siidsalliga ja mustas kuues Richard nagu vurr ühel kohal. Filmiroll õpetas talle mõndagi, tema esinemine on täielikult arvestatud publikule. Per Michael on vaoshoitum ja tõsisem, vibalik Louis on kõige noorem ja temas on poisikeselikku kihku vaatajaid millegi ootamatuga üllatada. Aegajalt lendab raadiomikrofon ta käest kõrgele õhku. Mikrofoni sisse on peidetud tilluke raadiosaatja, sest juhtmed ei annaks poistele laval vajalikku liikumisvabadust.
Per Michael, Richard ja Louis on lava taga sama lõbusad ja liikuvad kui lavalgi. «Pärast kontserti pole nad üldse väsinud,» kinnitas Per Michaeli naine Eva Linda, tumedapäine, habras ja noor, kelle kodulinn on Göteborg. «Nad hüppavad ja kargavad samamoodi edasi. Per Michael saab väga palju kirju. Noored tüdrukud ju armastavad teda! Mina armastan ka, ainult et teistmoodi,» lisas ta naerdes.
Herreyde garderoobis seisid laual ainult «Fanta» pudelid, sigarette ega tuhatoosi polnud. «Kuidas suhtute suitsetamisse ja alkoholi!» küsisin vendade käest. Kõik kolm raputasid pead ja pöörasid pöidlad allapoole. «Me pole nii rumalad, et vabatahtlikult oma tervist hävitada,» ütles Per Michael. «Ja tead mis,» jätkas Louis, «me olime hämmastunud, nähes, kui palju teie maal suitsetatakse. Ühendriikides ja Rootsis on suitsetajate arv tohutult vähenenud. Aga siin kustutatakse üks suits tuhatoosi ja süüdatakse kohe uus...» Ta laiutas arusaamatuses käsi. Terved eluviisid ja sport on Herreydel au sees. Tuulisel teisipäe-vahommikul käisid nad koos isaga mererannal tervisejooksu tegemas, kolmapäeval mängisid jäähallis hokit.
«The Herreys» on välja andnud kaks kauamängivat heliplaati. Laule kirjutab Michael, kuid erilise viljakusega ta kiidelda ei saa. Ka Tallinna kavas oli ainult viis tema loodud laulu. Uusi laule pakuvad neile mitmete maade heliloojad. «Me ei suuna oma muusikat kindlale vanusegrupile,» ütles Richard. «Teeme meelelahutusmuusikat nii lastele kui pensionäridele ning kõigile teistele, kes nende äärmuste vahele mahuvad. Mõned Rootsi ajakirjanikud pilkasid meid, et me esineme lausa mudilastele. Küllap nad tundsid end noore publiku hulgas hirmus tarkade ja tähtsatena.»
«Kas ajakirjanikud ja fotoreporterid teid ei tüüta!» pärisin Mariannelt. «Ei,» vastas ta, «oleme naeratav perekond. Willy töötas Rootsis 25 aastat ajakirjanikuna. Meil on nende seas palju häid sõpru.» Herreyd ei säästnud kiidusõnu Alla Pugatšova ja tema ansambli «Recital» aadressil. «Alla on olnud meie vastu tähelepanelik ja lahke,» seletas Marianne. «Lausa uskumatu, et nii kuulus laulja on täiesti omakasupüüdmatu. Ta on võrratu inimene. Ka tema ansambel on suurepärane. Nad õppisid meie kava ära vähem kui kahe ööpäevaga.»
14. septembril, laupäeval jättis Herreyde pere lennujaamas Tallinnaga hüvasti. Ka meelelahutus, mis paneb vaatajad aega unustama, käib ajakava järgi. Willy ja Marianne, Per Michael ja Eva Linda, Richard, Louis ja löökriistamängija Imre Daun istusid Moskva lennukisse, mis end mootorite möirates stardirajalt lahti rebis. Arvata võib, et miljonilinnas olid selleks ajaks piletid ansambli «The Herreys» kontsertidele juba ammu välja müüdud.
PRIIT HÕBEMÄGI
ПЕРЕВОД
АЛЛА ПУГАЧЕВА!
ИНТЕРВЬЮ В КОФЕ-БАРЕ «ПИКА ЯЛГ»
Едва она успела выйти из машины, как вокруг кафе собралась толпа людей. Сидящие за соседним столиком туристы из ГДР схватились за фотоаппараты, откуда-то появились восторженные девчонки, время от времени скандировавшие: «Алла! Алла!»
У певицы уставший вид. Она снимает черные солнцезащитные очки и кладет их на стол. Маленькая девочка с интересом разглядывает её оранжевую копну волос. «Спрашивайте же», — говорит она слегка хриплым голосом.
— Вы оказываете большую помощь молодым композиторам и музыкантам. Сотрудничество с трио «Херрейс» — тоже часть этого. Собираетесь ли Вы продолжать?
— Конечно. Но «Херрейс» и так известны в Европе. Зато у нас самих есть много молодых и талантливых музыкантов, которые годами работают на периферии и никак не могут вытянуть свой счастливый билет. В одном только Ленинграде есть рок-группы «Аквариум», «Такси», «Зоопарк», «Секрет»... Таллин и Ленинград хоть и соседи, но слышали ли вы о них что-нибудь? Попасть в передачи Центрального телевидения им очень трудно. А если это и удается, то их там так причесывают, пудрят и утюжат до гладкости, что потом они сами себя не узнают. Недавно я предложила некоторым малоизвестным московским и ленинградским группам прислать мне свои песни. Постараюсь помочь молодежи выйти на большую сцену. Что-нибудь я обязательно придумаю!
— Сейчас Вы готовите свою третью программу. И режиссером снова выступаете сами. Не становится ли это изнурительным? Ведь оценивать саму себя со стороны совсем не просто...
— Режиссура — это всегда увлекательно. А то, что увлекательно, не бывает тяжелым. Несмотря на это, проблем предостаточно. В одиночку я бы не справилась. К счастью, у меня много единомышленников — ансамбль «Рецитал», балетная труппа, звуко- и светооператоры. Вместе с ними я и работаю.
— Какова Ваша новая программа и когда её можно будет увидеть?
— Условное название новой программы — «Концерт для друзей». В последнее время я постоянно выступала на огромных площадях и стадионах, а теперь жажду более близкого контакта со слушателями. «Концерт для друзей» предназначен для исполнения в небольшом зале, в камерной обстановке. Тон песен там более мягкий, интимный и доверительный. Когда состоится премьера, я и сама сказать не могу. Поживем — увидим.
— Недавно в одном интервью Вы сказали, что больше не хотите сниматься в кино в роли эстрадной звезды, у которой поначалу дела не ладятся, но к концу фильма она добивается успеха.
— Совершенно верно, не хочу. Надоело.
— В том же интервью Вы подтвердили, что готовы сыграть абсолютно любую драматическую роль.
— Да. Я могла бы сыграть хоть деревенскую женщину, хоть пилота пассажирского лайнера. Но где мне найти режиссера, который предложил бы мне такую роль? Сценарии для меня пишут в достаточном количестве. Но во всех них я должна играть эстрадную звезду. Зачем мне это? Если предложат действительно интересную роль, то пожалуйста. А пока мне остается только ждать.
— Говорят, что Вы собираетесь основать в Москве Театр песни. Как обстоят дела с этим?
— Официальное согласие уже получено. В будущем мне придется пережить атакующий вопрос: «Зачем ей этот театр?» и обиду коллег, ведь они тоже хотели бы иметь свой театр. А пока мы вместе с архитекторами думаем, как перестроить концертную площадку, расположенную в саду Эрмитаж. Там этот театр, очевидно, и будет находиться. Но всё это еще не определено до конца.
Пугачевой пришлось нелегко. До победы на конкурсе песни «Золотой Орфей» в Болгарии её имя почти никто не знал. Она годами работала в Липецке. Иногда на её концерты приходило всего пара десятков слушателей. Равнодушия к своему таланту она видела немало. Возможно, именно поэтому теперь она с таким удовольствием помогает молодым музыкантам?
Ей непросто побыть одной. От нее требуют автографов, хотят прикоснуться или просто глазеют. Круглые сутки поклонники стоят у её дома в Москве на улице Горького. Влюбленные фанаты ходят за ней по пятам, ездят с ней в концертные турне и каким-то странным образом умудряются проникать повсюду, где бы она ни находилась. В фойе гостиницы «Олимпия» я познакомился с одной из них. Двадцатилетняя москвичка Света сказала, что они называют себя «пугачевскими фанатиками». В Таллин по следам певицы приехало около 20 фанатов. Обычно их бывает еще больше. Они ночевали на Балтийском вокзале и в аэропорту. Днем находились там же, где и Пугачева. Света работает на стройке. Когда Пугачева отправляется в концертный тур, девушка берет отпуск за свой счет и едет вслед за певицей.
Я не спросил у Аллы Пугачевой, что она думает о своих «фанатиках». Наверное, они действуют ей на нервы. Но что поделать? Незваная свита уже совершеннолетняя, да и общественный порядок они не нарушают...
Нынешняя популярность Аллы Пугачевой — беспрецедентное явление в советской легкой музыке. Звезды бывали и раньше, но суперзвезда только одна — Пугачева. Для нее открыты самые знаменитые концертные залы мира в Париже, Лондоне, Стокгольме, Хельсинки...
Мне кажется, что сейчас ей особенно тяжело. Помимо таланта, приходится тратить и огромное количество моральных и физических сил. Её ближайший помощник, режиссер Александр Воронков сказал: «Алла работает 48 часов в сутки. Её трудолюбие и чувство ответственности просто невероятны». Но спросите, будет ли Алла Пугачева так же знаменита через десять, пятнадцать или двадцать лет, и я отвечу вам — да! Потому что она этого заслуживает.
Автор: Борис Сандратский.
(Фотографии к репортажу: Тийт Коха).
ТАЛЛИНСКАЯ НЕДЕЛЯ
• С 9 по 13 сентября во Дворце культуры и спорта им. В. И. Ленина проходили концерты шведского трио «Херрейс» • Программу предваряла Алла Пугачева • Пер Майкл, Ричард и Луи: «Мы не курим!» •
Воскресенье, 8 сентября 1985 года. Словно осознавая свою важность, утренний ленинградский поезд с достойной медлительностью катился к четвертому пути Балтийского вокзала. Вдруг уже стоявший поезд дернулся и поехал назад. Из двери восьмого вагона высунулся светловолосый молодой человек с удивленным лицом, кричавший что-то на чужом языке. Шведское трио «Херрейс» под тихое поскрипывание вагонных колес направлялось в лабиринт запасных путей. Неужели победители конкурса песни «Евровидение-1984» и обладатели Гран-при нынешнего Сопота-85 дадут свой первый концерт для железнодорожников! Затем поезд остановился, и, с любопытством озираясь по сторонам, Пер Майкл, Ричард и Луи Херрей ступили на эстонскую землю. Вместе с отцом Вилли и матерью Марианной они погрузили дорожные сумки на багажную тележку. Через четверть часа их зеленый микроавтобус уже стоял перед гостиницей «Олимпия».
Путь к славе на самом деле начался очень давно, в Испании, где семья прожила около года. У Вилли и Марианны Херрей семеро детей — 3 сына и 4 дочери. Хотя мальчики были еще совсем юными, они решили серьезно заняться музыкой. Марианна Херрей: «Мы сказали им, что если вы будете трудолюбивыми, то и мы будем работать ради вас. Но если начнете лениться, не ждите от нас поддержки». Жизнь всей семьи пошла по новым рельсам. Пер Майкл, Ричард и Луи начали ходить на уроки танцев и музыки, им купили инструменты и усилители. «И вот так мы их избаловали», — смеялась Марианна. Вскоре Херреи переехали из Швеции в Лос-Анджелес. «Мы нашли им лучших учителей в Голливуде», — сказал Вилли. «Каждый месяц за уроки танцев и музыки приходилось платить 2000 долларов. Я работал на двух работах, Марианна устроилась няней, а мальчики по вечерам подрабатывали, убирая голливудские студии. Приходилось пахать даже за счет времени на сон, но у нас была четкая цель». Наконец усилия начали приносить плоды — среди 500 кандидатов Ричард был выбран на роль второго плана в знаменитом музыкальном фильме «Слава» (Fame). Пер Майкл получил работу учителя танцев, а Луи благодаря отличным успехам был освобожден от платы за обучение. В это же время братья оттачивали совместную сценическую программу. В 1984 году «Херрейс» пригласили на конкурс песни «Евровидение». 5 мая 1984 года на глазах у 800 миллионов телезрителей они были признаны победителями конкурса с песней «Diggi Loo, Diggi Ley». Со слезами радости на глазах трое юношей в цветных рубашках стояли на сцене. Признание пришло!
Турне, телезаписи, выпуск пластинок. В августе этого года пришла вторая большая победа — на фестивале в Сопоте группа «Херрейс» завоевала главный приз. «Конечно, они не самые лучшие певцы в мире и не самые лучшие танцоры в мире», — сказал Вилли. «Но им нравится выступать, и они научились делать это хорошо. Публика сразу чувствует, что они не притворяются, а искренни. В этом и кроется секрет их успеха». «Мы ими гордимся», — добавила Марианна, — «потому что они доказали свою целеустремленность».
Сценическое шоу Херреев похоже на фейерверк — зажигательное и веселое. В лучах цветных прожекторов Ричард в черном пиджаке и с белым шелковым шарфом кружится на одном месте как волчок. Роль в кино многому его научила, его выступление полностью рассчитано на публику. Пер Майкл более сдержан и серьезен, долговязый Луи — самый младший, в нем есть мальчишеский задор удивить зрителей чем-то неожиданным. Время от времени радиомикрофон взлетает из его руки высоко в воздух. Внутри микрофона спрятан крошечный радиопередатчик, ведь провода не дали бы ребятам необходимой свободы движений на сцене.
Пер Майкл, Ричард и Луи за кулисами такие же веселые и подвижные, как и на сцене. «После концерта они вообще не устают», — подтвердила жена Пера Майкла Эва Линда, темноволосая, хрупкая и молодая девушка, чей родной город — Гётеборг. «Они продолжают так же прыгать и скакать дальше. Пер Майкл получает очень много писем. Молодые девчонки ведь любят его! Я тоже люблю, только по-другому», — добавила она со смехом.
В гримерке Херреев на столе стояли только бутылки с «Фантой», сигарет и пепельницы не было. «Как вы относитесь к курению и алкоголю?» — спросил я у братьев. Все трое покачали головами и опустили большие пальцы вниз. «Мы не настолько глупы, чтобы добровольно разрушать свое здоровье», — сказал Пер Майкл. «И знаешь что», — продолжил Луи, — «мы были поражены, увидав, как много курят в вашей стране. В Штатах и Швеции число курильщиков колоссально снизилось. А здесь одну сигарету тушат в пепельнице и тут же прикуривают новую...» Он в недоумении развел руками. Здоровый образ жизни и спорт у Херреев в почете. В ветреное утро вторника они вместе с отцом бегали трусцой по морскому побережью, а в среду играли в хоккей в ледовом холле.
Группа «Херрейс» выпустила две долгоиграющие пластинки. Песни пишет Майкл, но особой плодовитостью он похвастаться не может. В таллинской программе было всего пять созданных им песен. Новые песни им предлагают композиторы из разных стран. «Мы не ориентируем нашу музыку на определенную возрастную группу», — сказал Ричард. «Мы делаем развлекательную музыку как для детей, так и для пенсионеров, и для всех остальных, кто укладывается между этими крайностями. Некоторые шведские журналисты подшучивали над нами, что мы выступаем чуть ли не для малышей. Наверное, среди молодой публики они чувствовали себя ужасно умными и важными».
— Не надоедают ли вам журналисты и фоторепортеры? — поинтересовался я у Марианны.
— Нет, — ответила она, — мы улыбающаяся семья. Вилли 25 лет проработал в Швеции журналистом. У нас среди них много хороших друзей.
Херреи не жалели похвал в адрес Аллы Пугачевой и её ансамбля «Рецитал». «Алла была к нам внимательна и добра», — объяснила Марианна. — «Просто невероятно, что такая знаменитая певица совершенно бескорыстна. Она потрясающий человек. Её ансамбль тоже великолепен. Они выучили нашу программу менее чем за двое суток».
В субботу, 14 сентября, семья Херрей попрощалась с Таллином в аэропорту. Развлечение, заставляющее зрителей забыть о времени, тоже идет по расписанию. Вилли и Марианна, Пер Майкл и Эва Линда, Ричард, Луи и ударник Имре Даун сели в московский самолет, который с ревом двигателей оторвался от взлетной полосы. Можно предположить, что в городе-миллионнике билеты на концерты ансамбля «Херрейс» к этому моменту были уже давно распроданы.
Прийт Хыбемяги.
Noorus. — Таллин, 1985. — № 11 (ноябрь)
|
|
|
|
 |
|
|
|
| Rate this file (No vote yet) |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
