|
Jurmala (Юрмала) 04.07.81
55 minūtes Meža prospekta 30
Trešdienas pēcpusdiena «Jūrmalas» redakcijā uz tīkai ar žuinālistiem ieradās KPFSR Nopelniem bagātā skatuves māksliniece ALLA PUGAČOVA. Latvijas PSR Tautas skatuves mākslinieks komponists RAIMONDS PAULS, pazīstamais dzejnieks un dziesmu tekstu autors IĻJA REZŅIKS, Vissavienības firmas «Melodija» Rīgas skaņu ierakstu studijas mākslinieciskais vadītājs ALEKSANDRS GRĪVA un Allas Pugačovas ansambļa direktors JEVGEŅIJS BOLDINS.
So preses konferenci rīkoja «Jūrmalas» redakcija, tajā piedalījās arī Latvijas radio un vairāku republikas laikrakstu līdzstrādnieki un fotoreportieri. Gandrīz veselu stundu viesi atradās jautājumu un zibspuldžu uzliesmojumu krustugunīs, un lauvas tiesa no šīs «apšaudes» šoreiz tika adresēta Allai Pugačovai.
— Nesen jūs saņēmāt firmas «Din-Accord» balvu «Zelta mikrofons», ko piešķir gada labākajai popmūzikas dziedātājai. Kā jūs to vērtējat?
— Iepazīšanās ar VFR publiku notika pērnā gada novembrī Ķelnes radiofestivālā. Tur bija pārstāvēta dažādu stilu estrādes mūzika — roks, disko utt. Es sniedzu īpaši sagatavotu programmu, lai VFR publiku iepazīstinātu ar padomju estrādes mākslu, par ko šajā zemē ir visai miglains priekšstats. Koncertam bija lieli panākumi, un acīmredzot tam bija izšķīrēja nozīme, ka es pērn, pēc firmas «Din-Accord» mūzikas speciālistu domām, tiku atzīta par labāko popmūzikas dziedētāju. No padomju estrādes māksliniekiem «Zelta mikrofonu» esmu saņēmusi pirmā.
— Ja reiz esam sākuši sarunu par ārzemēm, sakiet, vai šogad jums iecerēta kāda aizrobežu viesturneja?
— Jā, katru gadu piedalos vairākos ārzemju vieskoncertos. Šogad kopā ar savu ansambli jau esmu bijusi Kubā un VFR, septembrī gaidāms brauciens uz Cehoslovakiju, bet pēc tam — PSRS Miera aizstāvēšanas komitējas pasākumu ietvaros uz Somiju.
— Un vieskoncērtu maršruti mūsu zeme? Atceros, jūs reiz teicāt, ka jūsu sapnis būtu dziedāt uz Mežaparka Lielās estrādes Rīgā . ..
— Domāju, ka šis sapnis piepildīsies. Pagaidām neko konkrētu gan pasacīt nevaru.
— Pēdējā laikā jums izveidojusies cieša sadarbība ar dzejnieku Iļju Rezņiku. Kā jus viņu atradāt, pareizāk sakot — to radošās sadarbības kopsaucēju, kas jūs vieno veselā — dziesmā?
— Atklāti sakot, viņš atrada mani. Es vēl biju nepazīstama dziedātāja, bet viņš — jau diezgan populārs dzejnieks un dziesmu tekstu autors. Tas bija diezgan liels risks no viņa puses. Viņš mani uzmeklēja Ļeņingradā un piedāvāja dziesmu «Pasēdēsim, patērzēsim», ko es uzskatu par galveno savā dziedātājas karjerā. Daudzi domā, ka šī loma pieder «Arlekīnam», taču pirmo uzvaru Vissavienības konkursā man deva tieši dziesma «Pasēdēsim, patērzēsim».
Vēlāk mūsu draudzība turpinājās, kaut arī viņš īpaši man neko nerakstīja. Laikam jau laiks darbojās mūsu labā. Tā man dzīlē bijis vienmēr — ja kādu labi iepazīstu vispirms kā cilvēku, tad rodas arī radoša sadraudzība. Un pēdēja laika auglīgā sadarbība ar Iļju ir dabisks un likumsakarīgs mūsu ilgās draudzības rezultāts.
— Izmantojot iespēju, ka šajā preses konferencē piedalās ari Iļja Rezņiks, gribētos dzirdēt, ka viņš atceras šo pirmo tikšanos ar Allu Pugačovu Ļeņingradā.
— Kad Alla ar Oļega Lundstrēma orķestri viesojās Ļeņingradā; viņa toreiz bija visai ekscentriska dziedātāja — uzdējās ar cilindru galvā un spieķīti. Es viņu uzmeklēju viesnīcā un teicu, ka man viņas priekšnesums iepatikās. Piedāvāju viņai vairākas savas dziesmas, to vidū arī «Pasēdēsim, patērzēsim». Un jutos patīkami pārsteigts, kad vēlāk viņu ieraudzīju televīzijas raidījumā jau kā Vissavienības konkursa laureāti, dziedam šo dziesmu ...
Pēc tam mēs viens otru kaut kā pazaudējām, bet pēdējā laikā mums abiem izveidojies īsts radošās sadarbības bums. Esam kopā uzrakstījuši apmēram 20 dziesmas. Jūrmalā skanēja astoņas no tām.
— Turpinot mūsu sarunā šo radošās sadraudzības, kopdarba tēmu, logiski rodas jautājums par Allas Pugačovas un Raimonda Paula daiļrades tandēmu. Jūs, Alla, viņa dziesmas droši vien pazināt jau sen, savukārt Raimonds Pauls tāpat zinaja jūs. Bet jūs abi eksistējāt katrs par sevi. Tagad jūs esat klausītājiem devuši lieliskas dziesmas, tiesa, pagaidam vēl tikai dažas . ..
— Es domāju, ka viss vēl ir priekšā. Laikam jau tādēļ, lai izveidotos radoša sadarbība ar Raimondu Paulu, man bija vispirms jāizaug kā dziedātājai. Un arī gadu skaita, ziņā jāpaaugas. Divi dažāda rakstura cilvēki tikai pamazām rod radošas saskares punktu, un jāpateicas liktenim, ka mēs to esam atraduši.
— Un kā Raimonds Pauls no sava viedokļa redz šo procesu?
— Es uzskatu, ka Alla Pugačova pašreiz ir visprofesionālākā mūsu estrādes mūzikas vokāliste. Un mūsu sadarbība nākotnē man šķiet ļoti skaidra. Es viņai nospēlēšu jaunu melodiju, un tūdaļ dzirdēšu nepārprotamu un atklātu atbildi — patīk vai ne. Jo Alla izlikties nemēdz, tas nav viņas raksturā. Ja mana melodija viņai patiks, pie darba acīmredzot ķersies Iļja Rezņiks. Pēc tam viņš tekstu pārveidos, es pārveidošu, pielabošu melodiju, un tad klausītāji dzirdēs dziesmai galīgo variantu Allas Pugačovas izpildījumā. Tas viss šķiet ļoti vienkārši, bet tas ir mūsu darbs, mūsu dzīve. Galvenais — lai galarezultātā būtu dziesma. Un mums jau īstenojas vairākas ieceres — ir teksti, ir melodija. Mums nav paredzēts veidot kādu kopīgu programmu, mēs strādājam atsevišķi, taču ar lielu prieku tiekos ar profesionālu dziedātāju, kura, atšķirībā no daudziem latviešu estrādes vokālistiem, domā patstāvīgi un, galvenais, kaut ko vienmēr papildina no sevis. Un tas Allai Pugačovai vienmēr nes uzvaru.
— Jautājums Allai Pugačovai: kādēļ, jūsuprāt, mūsu estrādē ir tik maz spilgtu parādību, individualitāšu?
— Ko nozīmē — maz? Mēs maz zinām, iepazīstam šīs individualitātes. Praktiski tās nemeklējam. Mūsu estrādē absolūti trūkst, ja te varētu sacīt, menedžera rokas. Var taču, pirmkārt, saskatīt potences kāda dziedātajā un tās attīstīt. Otrkārt, atrast kādu spitgtu talantu, kas jau dabas dots. Un, treškārt, piešķirt vairāk patstāvības dziedātājam repertuāra izvēlē, virzīt viņu. Reizēm komponisti un dzejnieki izmanto dziedātāja pieredzes trūkumu un piedāvā dziesmas vairumā. Un jaunie dziedētāji kautrējas, izvēles nevis to, kas viņiem piemērots, bet dzied to, ko vajag. Arī radio un televīzija sniedz pālāk maz labas mūzikas paraugu. Ja ir plaša informācija, tad vieglāk saprast, kas ir labs un kas slikts.
Ļaunumu nodara arī dažu jauno dziedātāju tendence piekrist kompromisam repertuāra izvēlē — lai tikai varētu uzstāties televīzijā, piedalīties konkursā. Šāds vidusceļš daiļrades attīstību noved strupceļā.
Bet kopumā mūsu estrādes māksla tagad kļuvusi ļoti jauneklīga. Savulaik mums bija vecmeistaru estrāde — Kobzons, Vujačičs, Bogatikovs, Gnatjuks vecākais ... Īsti spēka zari! Un jaunatnei izlauzties bija grūti. Toties pašreiz dominē jaunā paaudze. Un gaidīt no tās uzreiz rezultātus nevar un arī nevajag. Sis process ir stimuls meistarībai, kas nāks vēlāk. Jaunie dziedātāji kļuvuši patstāvīgāki, drošāki. Vai nu viņi kļūs par meistariem nākotnē, vai arī būs stimuls tiem, kas nāks vēlāk. Sevi es nepieskaitu nedz vecajām, nedz jaunajām dziedātājām. Mans daiļrades ceļš bija stimuls atjaunināšanas procesam, kas vērojama mūsu estrādē patlaban.
— Kādas ir jūsu ieceres skaņu ierakstu jomā. Esmu dzirdējis, ka esat aizsākusi radošu sadarbību ar Vissavienības firmas «Melodija» Rīgas skaņu ierakstu studiju, ar tās māksliniecisko vadītāju Aleksandru Grīvu . . .
— Jāatzīst, ka man līdz šim nav paveicies ar skaņu plašu ierakstiem. Laikam jau tādēļ, ka koncertā man daudz vieglāk dziedāt nekā studijā. Ierakstā daudz kas pazūd. Un es bieži esmu domājusi, ka man vajadzētu skaņu plates iedziedāt citādāk, piemēram, koncertā. Bet līdz šim šo ieceri nekādi nav izdevies īstenot, jo tas ir ļoti sarežģīts process un tādēļ mūsu zemē pagaidām vēl nav izdevies. Un iznāk, ka manās skaņu platēs paliek vienīgi dziesmu varianti — ilustrācija tam, kas būs koncertā.
Nākusi pie šīs atziņas, sāku apsvērt, kurš tad mūsu zemē ar skaņu ierakstiem nodarbojas patiešām nopietni, un atklāju, ka firmas «Melodija» Rīgas studijā estrādes dziesmas ieraksta visprofesionālāk. Un tādēļ esmu jau runājusi ar Aleksandru Grīvu, lai viņš palīdz man īstenot šo sapni — ierakstīt skaņu plati, kas apmierinātu gan mani, gan klausītājus ieraksta kvalitātes, ziņā, tuvinātu ierakstu tam, ko es daru uz skatuves.
— Aleksandrs Grīva tik tiešām ir viens no vadošajiem Padomju Savienības speciālistiem šajā jomā. Tādēļ jautājums viņam: vai šī iecere tehniski ir iespējama?
— Jāatzīst, ka firmai «Melodija» līdz šim nav pilnīgi izdevies mākslinieciski pārliecinoši atspoguļot Allas Pugačovas sniegumu skaņu platē. Viņas koncertā ir tik daudz nianšu, ka grūti vārdos pasacīt, kas tieši pietrūkst ieraksta. Līdz šim vispār nevienam nav izdevies formulēt, kas ir Alla Pugačova. Viņai piemīt gan personība, gan talants, gan mūsdienīgums. Pēc Allas Pugačovas koncertiem Jūrmalā man radās pilnīga pārliecība, ka viņas skaņu plate jāieraksta tieši koncertā. Starp citu, skaņu ierakstu mākslā tas ir visaugstākais profesionālisms, kas starptautiskajā praksē jau sevi apliecinājis. Un tikai izcilākie mākslinieki var atļauties šādu «greznību». Allas Pugačovas koncerti Jūrmalā pierādīja, ka viņa to var. Tie bija šovprogrammas etalons, un no mūsu zemes estrādes dziedātājiem šim līmenim nespēj tuvoties neviens. Arī starptautiskajā arēnā līdzīgu piemēru nav nemaz tik daudz.
Sobrīd jau varu sacīt, ka domājam pēc kārtas ierakstīt četrus Allas Pugačovas koncertus. Kur tas notiks — Rīgā, Ļeņingradā vai citur, pagaidām grūti pateikt. Ļoti svarīgi ir fiksēt publikas noskaņojumu. Ja publika būs laba, arī ieraksts izdosies augstvērtīgs, jo dziedātājas un klausītāju emocionālais kontakts šādā ierakstā ir ārkārtīgi svarīgs faktors.
— Bet ir vēl viena joma, kas ne tuvu nav atklājusi Allas Pugačovas daudzpusīgo talantu. Tas ir kino. Sakiet, vai šai ziņā jums ir kādi piām vai piedāvājumi?
— Visu paspēt ir grūti. Pašlaik man gribas kaut ko jaunu mekiēt un atrast vokālajā mākslā, tieši savā profesijā. Un tādēļ filmēšanās var vienīgi traucēt — divus zaķus nevar noķert. Ja nu gadīsies kāds interesants priekšlikums, kas nebūs saistīts ar dziedātājas biogrāfiju vien, varbūt ... Bet līdz šim tādu nav bijis.
— Vai jūs novēlētu savai meitai dziedātājas karjeru?
— Karjeru ne, bet profesiju kādā mākslas jomā gan. Viss atkarīgs no talanta. Cilvēkam bez talanta dzīve mākslā ir tīrās mokas. Es netaisos savu meitu piespiest darboties kādā mākslas jomā — lai viņa izvēlas pati. Mana māte kādreiz sapņoja kļūt par dziedātāju. Turpretī es negribēju dziedāt, es vēlējos dejot, taču nekas neiznāca. Es ceru, ka šo manu vēlēšanos pārmantos meitā, katrā ziņā dotības tam viņai ir. Bet tālāk — laiks rādīs.
— Jūsu mīļākie rakstnieki un gleznotāji?
— Tie ir vairāki. No rakstniekiem — Andrejs Platonovs, Leonīds Andrejevs, Viktors Astafjevs... No gleznotājiem? Man ļo i tīk holandiešu glezniecība un tai pašā laikā avangardisti — Brusilovskis, Glazunovs ...
— Jūs ari nodarbojaties ar glezniecību, zīmējat. Vai tagad tam atliek laika?
— Ļoti maz.
(Iļja Rezņiks preses konferences dalībniekiem demonstrē Allas Pugačovas veikumu šajā jomā — parāda savu dzejoļu krājumu, ko ilustrējusi dziedātāja.)
— Estrādes koncertos lielākā auditorijas daļa ir jaunatne. Kā jūs to izjūtat?
— Es atbildēšu ļoti konkrēti: es uzreiz jūtu, ja zālē jaunieši ir. Kad pati jūtos nelāgi, cenšos pabūt jauniešu vidū, eju uz citu ansambļu koncertiem, piemēram, klausīties «Laika mašīnu», kas man ļoti tīk. Cenšos iekļauties 1 jaunatnes ritmā, mūzikā...
— Kāds ir jūsu mīļākais gadalaiks?
— Rudens un pavasaris.
— Pagājušo reizi jūs Jūrmalā bijāt ziemā. Tagad iepazināt mūsu pilsētu tradicionālajos kūrortsvētkos, pašā vasaras vidū. Kādi ir jūsu iespaidi?
— Man vienkārši trūkst vārdu. Ši pilsēta mani vārda tiešā nozīmē apbūrusi. Es pamostos as smaidu un aizmiegu ar smaidu sejā. Ši pilsēta ir skaistuma un tīrības iemiesojums. Un to vajag sargāt un saudzēt. Arī Dzintaru koncertzāle man ļoti patika. Tikai mazliet vajadzētu paplašināt skatuvi, ja tur rīkotu starptautiskus dziesmu festivālus. Un to noteikti vajadzētu darīt. Jo pilsētas kultūras līmenis pilnīgi atbiist starptautiska mēroga festivālu prasībām.
— Šai virzienā, cik zināms, ar saviem priekšlikumiem jau ir nācis klajā ari Raimonds Pauls, vai ne tā?
— Šī ideja neapšaubāmi ir visnotaļ atbalstāma — daudzsološa gan Jūrmalai, gan mūsu estrādes mākslas attīstībai. Taču, izmantojot iespēju, es gribētu uzsvērt, ka Alla Pugačova vienīgā dziedātāja, kas turēja vārdu un atbrauca uz Jūrmalas kūrortsvētkiem, lai gan viņai nupat bija jākārto gala eksāmeni Valsts teātra mākstas institūtā. Un pilsētas vadītāji tādēļ ļoti centās, lai Alla Pugačova Jūrmalā justos labi, būtu apmierināta ar šīm ciemu dienām, arī patīkami atpūstos. Un jācer, ka nākamgad kūrortsvētkos ar viņu tiksimies atkal...
Alla Pugačova: — Kad es Maskavā pastāstīšu, kā mani šeit uzņēma, tie dziedātāji, kas neatbrauca, aiz skaudības kodīs pirkstos, un nākamgad jūs no viņiem nevarēsit ne atkauties...
Raimonds Pauls: — Jūrmalas un visas mūsu republikas vardā es gribētu pateikties Allai Pugačovai, ka viņa mūs neaizmirsa un apciemoja. Un arī apsveikt viņu sakarā ar estrādes režisores diploma saņemšanu.
Alla Pugačova: — Paldies!
Preses konferenci vadīja A. Baumanis
ПЕРЕВОД
55 минут на проспекте Межа, 30
В среду после обеда в редакцию газеты «Юрмала» исключительно для встречи с журналистами прибыли: заслуженная артистка РСФСР Алла Пугачёва, народный артист Латвийской ССР композитор Раймонд Паулс, известный поэт и автор песенных текстов Илья Резник, художественный руководитель Рижской студии звукозаписи Всесоюзной фирмы «Мелодия» Александр Грива и директор ансамбля Аллы Пугачёвой Евгений Болдин.
Эту пресс-конференцию организовала редакция газеты «Юрмала», в ней также приняли участие сотрудники Латвийского радио, республиканских газет и фоторепортёры. Почти целый час гости находились под перекрёстным огнём вопросов и вспышек блиц-ламп, и львиная доля этого «обстрела» в этот раз была адресована Алле Пугачёвой.
— Недавно вы получили приз фирмы «Dynacord» (ФФГ) «Золотой микрофон», который присуждается лучшей поп-певице года. Как вы оцениваете эту награду?
Алла Пугачёва: — Знакомство с публикой ФРГ состоялось в ноябре прошлого года на радиофестивале в Кёльне. Там была представлена эстрадная музыка самых разных стилей — рок, диско и так далее. Я представила специально подготовленную программу, чтобы познакомить публику ФРГ с советским эстрадным искусством, о котором в этой стране имеют весьма смутное представление. Концерт прошёл с огромным успехом, и это, очевидно, сыграло решающую роль в том, что по итогам года музыкальные специалисты фирмы «Dynacord» признали меня лучшей поп-певицей года. Из советских эстрадных артистов я получила «Золотой микрофон» первой.
— Если мы уже начали разговор о зарубежье, скажите, запланированы ли у вас в этом году какие-то иностранные гастроли?
Алла Пугачёва: — Да, каждый год я участвую в нескольких зарубежных поездках. В этом году мы с ансамблем уже побывали на Кубе и в ФРГ, в сентябре ожидается поездка в Чехословакию, а после этого — в рамках мероприятий Советского комитета защиты мира — в Финляндию.
— А маршруты гастролей внутри нашей страны? Помнится, вы как-то говорили, что ваша мечта — спеть на Большой эстраде Межапарка в Риге...
Алла Пугачёва: — Думаю, эта мечта обязательно сбудется. Пока, правда, ничего конкретного сказать не могу.
— В последнее время у вас сложилось очень тесное сотрудничество с поэтом Ильёй Резником. Как вы нашли его, точнее — тот творческий общий знаменатель, который объединяет вас в единое целое — песню?
Алла Пугачёва: — Честно говоря, это он нашёл меня. Я тогда была ещё никому не известной певицей, а он — уже довольно популярным поэтом и автором текстов. С его стороны это был немалый риск. Он разыскал меня в Ленинграде и предложил песню «Посидим, поокаем», которую я считаю главной в своей певческой карьере. Многие думают, что эта роль принадлежит «Арлекино», однако самую первую победу на Всесоюзном конкурсе мне принесла именно песня «Посидим, поохаем».
Позже наша дружба продолжилась, хотя специально для меня он долго ничего не писал. Видимо, само время работало на нас. У меня в жизни так всегда: если я сначала хорошо узнаю кого-то как человека, то затем рождается и творческий союз. И наше последнее плодотворное сотрудничество с Ильёй — это естественный и закономерный результат нашей долгой дружбы.
— Пользуясь возможностью, что в этой пресс-конференции участвует и Илья Резник, хотелось бы услышать, как он вспоминает эту первую встречу с Аллой Пугачёвой в Ленинграде?
Илья Резник: — Когда Алла гастролировала в Ленинграде с оркестром Олега Лундстрема, она была весьма эксцентричной певицей — выходила на сцену в цилиндре и с тросточкой. Я разыскал её в гостинице и сказал, что мне очень понравилось её выступление. Предложил ей несколько своих стихов, среди которых было и «Посидим, поокаем». И я был приятно удивлён, когда позже увидел её в телевизионной передаче уже в статусе лауреата Всесоюзного конкурса, поющей эту песню...
После этого мы как-то потеряли друг друга из виду, но в последнее время у нас двоих начался настоящий бум творческого сотрудничества. Мы вместе написали около 20 песен. В Юрмале прозвучали восемь из них.
— Продолжая тему творческого содружества и совместной работы, логично возникает вопрос о творческом тандеме Аллы Пугачёвой и Раймонда Паулса. Вы, Алла, его песни, вероятно, знали давно, да и Раймонд Паулс точно так же знал вас. Но вы оба существовали сами по себе. Теперь вы подарили слушателям великолепные песни, правда, пока ещё только первые...
Алла Пугачёва: — Я думаю, что всё ещё впереди. Наверное, для того, чтобы сложилось творческое содружество с Раймондом Паулсом, мне нужно было сначала вырасти как певице. Да и в плане возраста немного подрасти. Два человека с разными характерами лишь постепенно находят точки творческого соприкосновения, и нужно поблагодарить судьбу, что мы их нашли.
— А как Раймонд Паулс со своей колокольни видит этот процесс?
Раймонд Паулс: — Я считаю, что Алла Пугачёва сейчас — самая профессиональная вокалистка нашей эстрадной музыки. И наше сотрудничество в будущем мне представляется очень ясным. Я наигрываю ей новую мелодию и сразу же слышу чёткий и откровенный ответ — нравится или нет. Ведь Алла притворяться не умеет, это не в её характере. Если моя мелодия ей нравится, за работу, очевидно, принимается Илья Резник. После этого он переделывает текст, я переделываю и поправляю мелодию, и тогда слушатели получают окончательный вариант песни в исполнении Аллы Пугачёвой. Всё это кажется очень простым, но это наш труд, наша жизнь. Главное — чтобы в итоге получилась песня. И у нас уже реализуются несколько замыслов — есть тексты, есть мелодии. Мы не планируем создавать какую-то общую программу, мы работаем отдельно, но я с огромной радостью встречаюсь с профессиональной певицей, которая, в отличие от многих латышских эстрадных вокалистов, думает самостоятельно и, главное, всегда добавляет что-то от себя. И это всегда приносит Алле Пугачёвой победу.
— Вопрос Алле Пугачёвой: как вы думаете, почему на нашей эстраде так мало ярких явлений, индивидуальностей?
Алла Пугачёва: — Что значит — мало? Мы просто мало знаем и открываем эти индивидуальности. Практически их не ищем. Нашей эстраде абсолютно не хватает, если можно так выразиться, руки менеджера. Ведь можно, во-первых, разглядеть потенциал в каком-то певце и развить его. Во-вторых, найти яркий талант, который уже дан природой. И, в-третьих, предоставить исполнителю больше самостоятельности в выборе репертуара, направлять его. Иногда композиторы и поэты пользуются отсутствием опыта у певца и предлагают ему песни пачками. И молодые исполнители стесняются, выбирают не то, что им подходит, а поют то, что им дают. Радио и телевидение тоже дают слишком мало образцов хорошей музыки. Если есть широкая информация, тогда легче понять, что хорошо, а что плохо.
Вред приносит и тенденция некоторых молодых певцов идти на компромисс в выборе репертуара — лишь бы только выступить по телевизору или принять участие в конкурсе. Такой срединный путь заводит развитие творчества в тупик.
Но в целом наше эстрадное искусство сейчас очень помолодело. В своё время у нас была эстрада старых мастеров — Кобзон, Вуячич, Богатиков, Гнатюк-старший... Настоящие столпы! И молодёжи пробиться было трудно. Зато сейчас доминирует молодое поколение. И ждать от него сиюминутных результатов не стоит, да и не нужно. Этот процесс — стимул для мастерства, которое придёт позже. Молодые певцы стали самостоятельнее, смелее. Либо они станут мастерами в будущем, либо послужат стимулом для тех, кто придёт после них. Себя я не причисляю ни к старым, ни к молодым певицам. Мой творческий путь стал стимулом для того процесса обновления, который наблюдается на нашей эстраде сейчас.
— Каковы ваши планы в области звукозаписи? Я слышал, что вы начали творческое сотрудничество с Рижской студией звукозаписи Всесоюзной фирмы «Мелодия» и её художественным руководителем Александром Гривой...
Алла Пугачёва: — Должна признаться, что мне до сих пор не везло с записями пластинок. Наверное, потому, что на концерте мне петь гораздо легче, чем в студии. В записи многое теряется. И я часто думала о том, что мне нужно записывать пластинки совершенно иначе, например — прямо на концерте. Но до сих пор этот замысел никак не удавалось реализовать, поскольку это очень сложный технический процесс, и в нашей стране такого пока ещё не делали. И получается, что на моих пластинках остаются лишь варианты песен — иллюстрация к тому, что будет на концерте.
Придя к этому выводу, я стала обдумывать, кто же в нашей стране занимается звукозаписью по-настоящему серьёзно, и обнаружила, что в Рижской студии фирмы «Мелодия» эстрадные песни записывают профессиональнее всего. И поэтому я уже переговорила с Александром Гривой, чтобы он помог мне осуществить эту мечту — записать концертную пластинку, которая бы удовлетворила и меня, и слушателей в плане качества звука, приблизила бы запись к тому, что я делаю на сцене.
— Александр Грива действительно является одним из ведущих специалистов Советского Союза в этой области. Вопрос ему: технически этот замысел возможен?
Александр Грива: — Надо признать, что фирме «Мелодия» до сих пор не удалось полностью художественно убедительно отразить исполнение Аллы Пугачёвой на пластинках. В её живом концерте так много нюансов, что трудно выразить словами, чего именно не хватает в записи. До сих пор вообще никому не удалось сформулировать, что такое Алла Пугачёва. Ей присущи и масштаб личности, и талант, и современность.
После концертов Аллы Пугачёвой в Юрмале у меня появилась полная уверенность в том, что её пластинку нужно записывать именно во время концерта. К слову, в искусстве звукозаписи это наивысший профессионализм, который в международной практике уже себя полностью оправдал. И только выдающиеся артисты могут позволить себе такую «роскошь». Концерты Аллы Пугачёвой в Юрмале доказали, что она это может. Они стали эталоном шоу-программы, и из эстрадных певцов нашей страны к этому уровню не способен приблизиться никто. Да и на международной арене подобных примеров не так уж много.
Сейчас уже могу сказать, что мы планируем записать подряд четыре концерта Аллы Пугачёвой. Где это произойдёт — в Риге, Ленинграде или в другом месте, пока сказать трудно. Очень важно зафиксировать настроение публики. Если публика будет хорошей, то и запись удастся высококачественной, ведь эмоциональный контакт певицы и слушателей в такой записи — крайне важный фактор.
— Но есть ещё одна область, которая и близко не раскрыла многогранный талант Аллы Пугачёвой. Это кино. Скажите, есть ли у вас в этом плане какие-то задумки или предложения?
Алла Пугачёва: — Всё успеть трудно. Paслась мне хочется искать и находить что-то новое в вокальном искусстве, непосредственно в своей профессии. И поэтому съёмки в кино могут только помешать — за двумя зайцами не угонишься. Если вдруг подвернётся какое-то интересное предложение, которое не будет связано сугубо с биографией певицы, возможно... Но до сих пор таких не было.
— Пожелали бы вы своей дочери карьеру певицы?
Алла Пугачёва: — Карьеру — нет, а вот профессию в какой-то сфере искусства — да. Всё зависит от таланта. Для человека без таланта жизнь в искусстве — это чистая мука. Я не собираюсь заставлять свою дочь заниматься искусством, пусть она выбирает сама. Моя мама когда-то мечтала стать певицей. Я же, напротив, петь не хотела, я желала танцевать, но ничего не вышло. Надеюсь, это моё желание унаследует дочь, во всяком случае, способности к этому у неё есть. А дальше — время покажет.
— Ваши любимые писатели и художники?
Алла Пугачёва: — Их несколько. Из писателей — Андрей Платонов, Леонид Андреев, Виктор Астафьев... Из художников? Мне очень нравится голландская живопись, и в то же время авангардисты — Брусиловский, Глазунов...
— Вы ведь и сами занимаетесь живописью, рисуете. Остаётся ли сейчас на это время?
Алла Пугачёва: — Очень мало. (Илья Резник демонстрирует участникам пресс-конференции успехи Аллы Пугачёвой в этой области — показывает свой поэтический сборник «Монологи певицы», обложку и иллюстрации к которому создала певица).
— На эстрадных концертах большую часть аудитории составляет молодёжь. Как вы это чувствуете?
Алла Пугачёва: — Отвечу очень конкретно: я сразу чувствую, когда в зале есть молодёжь. Когда сама чувствую себя неважно, стараюсь побыть в молодёжной среде, хожу на концерты других ансамблей, например, слушать «Машину времени», которая мне очень нравится. Стараюсь поймать молодёжный ритм, музыку...
— Ваше любимое время года?
Алла Пугачёва: — Осень и весна.
— В прошлый раз вы были в Юрмале зимой. Сейчас познакомились с нашим городом во время традиционного Праздника курорта, в самый разгар лета. Каковы ваши впечатления?
Алла Пугачёва: — У меня просто не хватает слов. Этот город меня в буквальном смысле слова очаровал. Я просыпаюсь с улыбкой и засыпаю с улыбкой на лице. Этот город — воплощение красоты и чистоты. И это нужно беречь и сохранять. Концертный зал «Дзинтари» мне тоже очень понравился. Только следовало бы немного расширить цену, если проводить там международные фестивали песни. А это обязательно нужно делать. Ведь культурный уровень города полностью соответствует требованиям фестивалей международного масштаба.
— В этом направлении, насколько известно, со своими предложениями уже выступил и Раймонд Паулс, не так ли?
Раймонд Паулс: — Эта идея, несомненно, заслуживает полной поддержки — она многообещающая как для Юрмалы, так и для развития нашего эстрадного искусства. Но, пользуясь возможностью, я хотел бы подчеркнуть, что Алла Пугачёва — единственная певица, которая сдержала слово и приехала на Праздник курорта в Юрмалу, хотя ей только что предстояло сдавать выпускные экзамены в Государственном институте театрального искусства. И руководство города поэтому очень постаралось, чтобы Алла Пугачёва чувствовала себя в Юрмале хорошо, осталась довольна этими днями, а также приятно отдохнула. И нужно надеяться, что в следующем году на Празднике курорта мы встретимся с ней снова...
Алла Пугачёва: — Когда я в Москве расскажу, как меня здесь принимали, те певцы, что не приехали, от зависти искусают себе локти, и в следующем году вы от них просто не сможете отбиться...
Раймонд Паулс: — От имени Юрмалы и всей нашей республики я хотел бы поблагодарить Аллу Пугачёву за то, что она нас не забыла и навестила. А также поздравить её в связи с получением диплома режиссёра эстрады.
Алла Пугачёва: — Спасибо!
Пресс-конференцию вёл А. Бауманис
Jurmala. — Юрмала, Латвия, 1981. — 4 июля
|
|
|
|
