|
Aftonbladet (Стокгольм) 21.04.83
Störst i Sovjet
— primadonna i Nöjesmaskinen i morgon
STOCKHOLM. Först var hon östs svar på Bette Midler. Sedan på Donna Summer. Och Edith Piaf. Och Barbra Streisand.
Vem hon än liknar är hon det största namn sovjetisk show-biz någonsin fått fram.
Alla Pugacheva, 33 - Nöjesmaskinens givna primadonna i morgon kväll...
För oss småhandlande svenskar är det svårt att riktigt förstå hur stor Alla Pugacheva är i sitt hemland. Hennes plattor har sålts i mellan 100 och 150 miljoner exemplar, hon är alltid intervjuad i alla ungdomstidningar, och får man tro henne själv kan inte ens kulturministeriet få tag i biljetter till hennes konserter.
Därtill är hon enligt bedömare från väst otroligt bra.
I går eftermiddag gav hon presskonferens på Grand Hotel i Stockholm. Alla är nämligen på ett kort och exklusivt Sverigebesök för Nöjesmaskinen.
- Visst är jag avgudad, sa Alla Pugacheva och log över sin oryska klädsel i svart läder och röd akryl. Men att jag säljer så många skivor beror också på att även mina fiender köper dem - för att slå sönder.
"Vrål och barbari"
För omstridd är hon. Modem sovjetisk pop efter Pugachevas mönster är alls inte helt rumsren i rådsrepubliken.
”Vrål och barbari” kallades hennes sång av sovjetkompositören Tichon Chrennikov för ett par år sedan. ”Oljud, störningar, kakafoni!”
- Ja, ja, säger Alla överseende. Det var innan jag sjöng någon låt som Chrennikov skrivit...
Liknelserna med kända sångerskor i väst tar Alla inte så allvarligt på. Hon berättar istället att grunden för hennes musik var helt egna, personliga upplevelser:
- Sovjetisk pop var länge styrd av en gammal generation. De sjöng bara patriotiska visor till balalajka-komp. Nu har yngre människor börjat ta över. En ny generation som sjunger med egna teman. Personligare på en helt annan nivå än förr. Och det här nya måste ju komma med någon och det råkade bli jag.
Och visst visar Alla Pugacheva att det går att göra musik utan mosslukt i Sovjet.
På sin senaste skiva ”How disturbing is this way” (engelsk titel enbart) anar man intryck av till exempel Grace Jones. Dessutom är det rena syntstormen på några spår.
- Jag sjunger nu både reggae och blues på ryska, berättar Alla. Soul låter helt underbart på det språket, men det är värre med ren rock’n’ roll. Fast jag önskar att jag kunde sjunga på engelska, det är ett mjukt, fint sångspråk.
T-bana-vad är det?
Får man tro Pugacheva är kändislivet i Sovjet inte bara en dans bland kaviar och rosor. Hon kan inte ens gå på gatan i Moskva utan att få en druvklase fans över sig, och tunnelbana vet hon knappt vad det är.
- Men jag skulle så gärna vilja åka, jag har hört att den är så vacker, skrattar hon.
Sedan blir hon allvarlig och menar att det viktigaste i Sovjets musikliv i dag är att den nya popmusiken blir en erkänd musikform.
När så någon undrar vem som -bestämmer det så svarar Alla:
- Folket! Publiken!
Arne Höök
Alla Pugacheva, 33, sovjetisk sångerska med en gudomlig röst och ett omstritt scenuppträdande. Trots det är hon snart lika populär som Lenin ...
Foto: KENT LUNDQVIST
ПЕРЕВОД
Самая великая в Советском Союзе — примадонна «Nöjesmaskinen» завтра
СТОКГОЛЬМ. Сначала её называли ответом Востока на Бетт Мидлер. Затем на Донну Саммер. И на Эдит Пиаф. И на Барбру Стрейзанд. На кого бы она ни была похожа, она — самое громкое имя, которое когда-либо порождал советский шоу-бизнес. Алла Пугачева, 33 года — бесспорная примадонна программы «Nöjesmaskinen» завтра вечером...
Нам, шведам с нашими мелкими масштабами торговли, трудно по-настоящему понять, насколько велика Алла Пугачева на своей родине. Её пластинки разошлись тиражом от 100 до 150 миллионов экземпляров, она постоянно дает интервью во всех молодежных журналах, и, если верить ей самой, даже Министерство культуры не может достать билеты на её концерты. К тому же, по оценкам западных экспертов, она невероятно хороша.
Вчера днем она дала пресс-конференцию в Гранд Отеле в Стокгольме. Алла находится здесь с коротким и эксклюзивным визитом в Швеции специально для программы «Nöjesmaskinen».
— Конечно, меня боготворят, — сказала Алла Пугачева и улыбнулась своему совсем не советскому наряду из черной кожи и красного акрила. — Но то, что я продаю так много пластинок, объясняется еще и тем, что мои враги тоже покупают их — чтобы разбить.
Потому что она фигура спорная. Современная советская поп-музыка по образцу Пугачевой далеко не полностью признана в советской республике. «Вопль и варварство» — так назвал её пение советский композитор Тихон Хренников пару лет назад. «Шум, помехи, какафония!»
— Да, да, — говорит Алла снисходительно. — Это было до того, как я спела песню, которую написал Хренников...
К сравнениям с известными западными певицами Алла не относится слишком серьезно. Вместо этого она рассказывает, что основой её музыки стали чисто собственные, личные переживания:
— Советская поп-музыка долгое время находилась под контролем старого поколения. Они пели только патриотические песни под аккомпанемент балайки. Теперь молодое поколение начинает брать власть в свои руки. Новое поколение, которое поет на свои темы. Более личные и на совершенно другом уровне, чем раньше. И это новое должно было прийти с кем-то, и так уж вышло, что этим кем-то стала я.
И Алла Пугачева действительно доказывает, что в СССР можно делать музыку без запаха плесени. На её последней пластинке «How disturbing is this way» («Как тревожен этот путь») можно уловить влияние, например, Грейс Джонс. Кроме того, на некоторых треках бушует настоящая буря синтезаторов.
— Теперь я пою и регги, и блюз по-русски, — рассказывает Алла. — Соул звучит совершенно потрясающе на этом языке, но с чистым рок-н-роллом дело обстоит хуже. Хотя мне бы хотелось уметь петь по-английски, это мягкий, прекрасный язык для пения.
Если верить Пугачевой, жизнь знаменитости в СССР — это не только танец среди черной икры и роз. Она не может даже просто пройти по улице в Москве, чтобы на неё не обрушилась гроздь фанатов, а что такое метро, она едва ли знает.
— Но я бы так хотела прокатиться, я слышала, что оно такое красивое, — смеется она.
Затем она становится серьезной и говорит, что самое главное в музыкальной жизни СССР сегодня — чтобы новая поп-музыка стала признанной музыкальной формой. Когда кто-то интересуется, кто же это решает, Алла отвечает:
— Народ! Публика!
Арне Хёэк
Алла Пугачева, 33 года, советская певица с божественным голосом и спорным сценическим поведением. Несмотря на это, вскоре она станет столь же популярной, как Ленин ...
Фото: КЕНТ ЛУНДКВИСТ
Aftonbladet. — Стокгольм, Швеция, 1983. — 21 апреля
|
|
|
|
