|
Fejér megyei hírlap (Секешфехервар, Венгрия) 21.05.82
Alla Pugacsova Székesfehérváron
Szerdán este lépett föl a székesfehérvári Vörösmarty Színházban a szovjet könynyűzene jeles képviselője. Alla Boriszova Pugacsova, aki viharos sikert ért el az esztrád zenét kedvelő közönség előtt. A viharos jelző a szó eredeti és átvitt értelmében is igaz, ugyanis az előadás kezdete előtt hatalmas zivatar vonult végig a város fölött, ám az égzengéseket elnyomta a színházterem szűnni nem akaró tapsvihara.
Az énekesnő és népes kísérete az előadás kezdete előtt egy órával érkezett a színházba, az elengedhetetlen csinosítási és smink-manőverek miatt csak a fellépés utáni percekben sikerült beszélgetnünk.
Kissé fáradt, ám vidáman mosolygó, tüllruhás „asszony, aki énekel” az öltözőben fogadja a gratulációkat.
— Elfáradt?
— Be kell vallanom, hogy egy kicsit igen, noha ennek nem elsősorban a másfél órás fellépés az oka, hanem sokkal inkább az utazás, a rendkívül feszesre szabott program. A színpadon ugyanis szinte sohasem fáradok el, ott nem dolgozom, nem játszom, csupán saját magam adom a közönségnek, minden mesterkéltség nélkül. Nem vagyok más a színpadon, mint egy asszony, aki énekel.
— Ki határozta el, hogy ilyen legyen, a közönség döntötte el, hogy neki egy asszony kell, aki énekel, vagy van ebben a természetes arculatban valami ügyes fogás is?
— Nincs ebben az égvilágon semmi ügyeskedés, én ilyen vagyok, ilyen voltam (legfeljebb fiatalabb) és ilyen is szeretnék megmaradni, bár kétségtelen, hogy az idő múlik!
— Fél az öregségtől?
— Nem mernék kategorikusan igennel vagy nemmel válaszolni. Nő vagyok, ezt nem tagadhatom, az erre a nemre jellemző valamennyi jó és kevésbé jó tulajdonsággal együtt. Nem jó az öregség, de tudni kell azt is, hogy minden kornak meg lehet találni a megfelelő kifejezésmódját, amíg a közönség ezt igényli, addig én teljesítem.
— Közönség; mennyire tudja befolyásolni a közönség az ön egyéniségét, menynyire enged a közönség akaratának?
— Ó kérem, a közönség sok mindent akar, én nagyon tisztelem a közönséget, de most már megengedhetem magamnak, hogy inkább én legyek hatással a közönségre, mint fordítva, bár kétségtelen, hogy fiatalabb éveimben ez nem volt így.
— Megint visszakanyarodunk a korhoz: pályakezdésekor voltak akik egyengették az útját, volt menedzsere, illetve van-e jelenleg?
— Nálunk természetesen nincsenek menedzserek, annak idején egyik föllépés követte a másikat, megkedvelt a közönség és ma már kijelenthetem, ha ehhez a kifejezéshez ragaszkodunk, hogy én vagyok saját magam impresszáriója is egyszemélyben. Azt is hozzá kell azonban tennem, hogy Nyugat-Európából több menedzser is felajánlotta segítségét, én azonban azt vallom, hogy legyenek ám kevesebben a nézőtéren, de aki eljön, az hozzám, miattam jöjjön!
— Külföld; milyen országokban lépett fel eddig?
— Valamennyi szocialista országban jártam már, de szerepeltem Finnországban, Franciaországban és az NSZK-ban is.
— Nyugati országokban mi jelenti az ön vonzerejét?
— Véleményem szerint elsősorban maga az orosz nyelv, a dalok romantikus, folklorisztikus elemei még mindig nagy vonzerőt jelentenek Nyugat-Európában.
— Ügy hírlik, hogy magyarországi koncertkörútja után a Párizsi Olympia vendége lesz; nem fél a föllépéstől?
— Az elmúlt napokban Budapesten a Vigadóban szerepeltem, még most is hatása alatt vagyok a ragyogó, pompás környezetnek. Azután a fellépés után csöppet sem tartok a Párizsi Olympiától.
Megköszönve a beszélgetést sok sikert kívántam a párizsi szerepléshez és olvasóink számára néhány üdvözlő sort kértem Álla Boriszova Pugacsovától.
Jöjjenek hozzám koncertre és én megmaradok Önöknek teljes szí vemből egy asszonynak, aki énekel. Álla Pugacsova
Pintér Antal
ПЕРЕВОД
Алла Пугачёва в Секешфехерваре
В среду вечером на сцене Театра имени Вёрёшмарти в Секешфехерваре выступила выдающаяся представительница советской поп-музыки Алла Борисовна Пугачёва, добившаяся бурного успеха у публики, любящей эстрадное искусство. Эпитет «бурный» верен как в буквальном, так и в переносном смысле: дело в том, что перед самым началом представления над городом разразилась мощнейшая гроза, однако грохот небесного грома был полностью заглушён непрекращающейся бурей аплодисментов зрительного зала.
Певица и её многочисленное сопровождение прибыли в театр ровно за час до начала шоу. Из-за неизбежных предконцертных маневров по подготовке костюма и макияжа нам удалось побеседовать с ней лишь в первые минуты после окончания её выступления.
Немного уставшая, но весело улыбающаяся «женщина, которая поёт», облачённая в воздушное тюлевое платье, принимает поздравления в своей гримёрной.
— Вы устали?
— Должна честно признаться, что немного да. Хотя причиной тому является вовсе не наше полуторачасовое выступление на сцене, а скорее длительные переезды и чрезвычайно плотный, жесткий график гастролей. На самой сцене я практически никогда не устаю — там я не просто работаю и не играю роль, я искренне отдаю саму себя публике, без малейшей фальши и искусственности. На подмостках я не являюсь кем-то иным, кроме как обычной женщиной, которая поёт.
— Кто принял решение создать именно такой образ? Это публика определила, что ей нужна простая «женщина, которая поёт», или в этом естественном облике скрывается какой-то продуманный, хитрый ход?
— В этом нет абсолютно никакого лукавства или расчёта. Я именно такая, какая я есть, такой я была всегда (разве что немного моложе) и такой же хочу оставаться в будущем, хотя, глупо отрицать, время неумолимо летит вперёд!
— Вы боитесь старости?
— Я не осмелюсь ответить на этот вопрос категорическим «да» или «нет». Я женщина, отрицать это бессмысленно, со всеми хорошими и менее хорошими качествами, присущими моему полу. Старость — вещь малоприятная, но нужно чётко понимать: для каждого возраста можно и нужно отыскать свой правильный, точный способ самовыражения. И пока публика будет испытывать в этом потребность, я буду выполнять свой долг перед ней.
— Публика... Насколько сильно зрительный зал способен влиять на вашу индивидуальность и в какой мере вы уступаете воле и желаниям публики?
— О, поверьте, публика хочет очень многого. Я бесконечно уважаю своего зрителя, но сейчас я уже могу себе позволить самой оказывать мощное влияние на зал, направлять его за собой, нежели слепо подчиняться его воле. Хотя, безусловно, в годы моей артистической юности всё было совершенно иначе.
— Мы снова вернулись к теме возраста. На заре вашей карьеры были ли люди, которые продвигали вас, был ли у вас свой менеджер, и есть ли он у вас в настоящее время?
— В нашей системе, разумеется, никаких менеджеров не существует. В своё время одно моё выступление просто сменялось другим, публика полюбила меня, и сегодня я могу твёрдо заявить — если вам так нравится это слово, — что я сама себе импресарио в одном лице. Однако должна добавить, что из Западной Европы мне поступали предложения от нескольких менеджеров, готовых взять на себя моё продвижение. Но моё кредо таково: пусть лучше в зрительном зале будет меньше людей, но каждый, кто пришёл, должен прийти именно ко мне и ради меня!
— Зарубежье... В каких странах вы уже успели выступить к настоящему времени?
— Я посетила практически все социалистические страны, но также выступала в Финляндии, ФРГ и во Франции.
— Что именно составляет основу вашей притягательной силы в западных странах?
— На мой взгляд, первостепенное значение имеет сам русский язык. Романтические и фольклорные элементы наших песен по-прежнему обладают огромной притягательной силой для западноевропейского слушателя.
— Ходят слухи, что сразу по окончании венгерского концертного турне вы станете гостьей парижской «Олимпии». Вы не боитесь этого выступления?
— В минувшие дни я выступала в Будапеште, на сцене концертного зала «Вигадо», и до сих пор нахожусь под глубоким впечатлением от этого блистательного, роскошного приёма и великолепного окружения. После такого выступления я ни капли не боюсь парижской «Олимпии».
Поблагодарив за беседу, я пожелал ей грандиозного успеха на парижских подмостках и попросил Аллу Борисовну Пугачёву написать несколько приветственных строк для читателей нашей газеты.
«Приходите ко мне на концерт. Я спою Вам от всего сердца женщины, которая поёт.
А. Б. Пугачёва».
Антал Пинтер.
Fejér megyei hírlap. — Секешфехервар, Венгрия, 1982. — 21 мая (№ 117)
|
|
|
|
