|
Московская правда 10.01.78
Театр песни Аллы Пугачёвой
Как это происходит? Сегодня певец или певица как будто ничем не выделяются среди многих других, а завтра приходит признание, шумный успех, популярность. Как, где, когда наступает этот «звёздный час» в жизни артиста?
По-всякому. У каждого по-своему. «Случай» Аллы Пугачёвой, пожалуй, один из самых эффектных. Одна песня решила всё. Какая? Ну, конечно же, «Арлекино» — смешной и печальный, весёлый и трагический «Арлекино», с такой безошибочной актёрской выразительностью, с такой экспрессией и увлечённостью спетый и сыгранный артисткой. Индивидуальность Пугачёвой тем и привлекательна, что сочетает в себе незаурядные вокальные данные с актёрским талантом, способностью выражать любые эмоциональные состояния. И потому так часто песня в исполнении Пугачёвой превращается в сценическую миниатюру, в трёхминутный спектакль, в котором музыка и слово равноправны и равноценны, а пластика неразрывно связана с пением, и всё вместе создаёт то, что принято называть образом песни.
«Величайший секрет искусства — быть самим собой», — повторяла и настаивала Эдит Пиаф. Наверное, это так и есть. На сцене действительно важнее «быть», чем «казаться», но кем быть — вот вопрос. Если артист — личность, если, оставаясь самим собой, он несёт зрителям и слушателям правду искусства — тогда раскроется «величайший секрет». А тот «секрет», которым владеет Пугачёва, не столько в непосредственности авторского «я», не столько в самовыражении, сколько в «игре», в раскованной фантазии, в актёрском перевоплощении. И всё же она редко поёт «чужие» песни (то есть песни, которые поют и другие), и каждое исполняемое ею произведение приобретает особую личностную интонацию. Певица словно бы говорит: поймите меня, вслушайтесь в то, что я хочу, обязана вам сказать.
В концертах, которые недавно состоялись на сцене Московского театра эстрады с участием Аллы Пугачёвой (её выступление заняло целое отделение), эти характерные для актрисы качества проявились особенно многогранно. Наряду с произведениями, уже знакомыми и завоевавшими популярность (и на этот раз не обошлось без «Арлекино»), прозвучали и совсем новые песни, в каком-то смысле даже неожиданные для обычного эстрадного концерта. Это песни-монологи, песни-раздумья.
Испытанием «на прочность» оказалось в этом ряду произведение композитора Б. Горбоноса «Сонет Шекспира», потребовавшее от исполнительницы полной самоотдачи, раскрепощённости (в скобках заметим, что стихия пластической выразительности порой захлёстывает певицу настолько, что кое-где она даже забывает о вокальной стороне исполнения).
Пугачёва выступает в сопровождении инструментального ансамбля и вокального трио. Они не просто аккомпанируют певице. Они включаются в действие, создавая впечатление, что концертная программа поставлена как спектакль, хотя имени режиссёра найти нельзя — ни в печатной программке, ни на афише. Может быть, это придумала и сделала сама артистка? Она ведь сама ведёт концерт, общаясь с публикой, устанавливая дружеский контакт с залом (только, может быть, не стоило бы ей брать на себя роль конферансье.)
Итак, концерт-спектакль. Песенный спектакль. Похоже, мы присутствуем при рождении нового эстрадного жанра...
И. Черейский.
Московская правда. — Москва, 1978. — № 8 (10 января).
|
|
|
|
