|
Советская Эстония (Таллин) 14.01.1979
Зримая песня
Давно уже грезит Алла Пугачёва «театром эстрадной песни». Очень хотелось ей нарушить традиционные каноны концертов, где артисты исполняют песни одну за другой, опираясь на «трёх китов»: слова, музыку, голос. Неуклонно шла артистка к тому, чтобы каждая песня стала маленьким театральным представлением.
Но для того, чтобы вплотную подойти к созданию театра эстрадной песни, ей нужны были союзники, единомышленники. И Алла Пугачёва их нашла. У нас в республике.
Когда на Центральном телевидении решался вопрос, кому и где снимать новый музыкальный видеофильм с участием Аллы Пугачёвой, артистка без колебаний назвала точный адрес: Таллин, Эстонское телевидение, режиссёр Тоомас Ласманн. Алле уже довелось работать с ним, продолжение творческого содружества представлялось перспективным. Потом определился и состав съёмочной группы: оператор-постановщик Михкель Кярнер, оператор Пеэдо Таймре, художник-постановщик Арви Сиплане, редакторы Реэт Лина, Владимир Вельман (Таллин), Лидия Новикова (ЦТ).
Теперь новый видеофильм вынесен на суд многомиллионной аудитории советских телезрителей.
В телевизионной программе эта передача обозначена так: «Театр Аллы Пугачёвой. Фильм-концерт». И уже с этого обозначения начинается отход от привычного.
Один известный театральный критик как-то заметил, что чаще всего бесспорным нам кажется привычное. Впрочем, создатели телефильма и не претендуют на бесспорность своей работы. Они согласны спорить, утверждая языком искусства право художника на свой стиль, свою исполнительскую манеру.
Неутомимо ищет Алла Пугачёва всё новые выразительные средства для того, чтобы жили в её песне эмоциональный заряд и завершённость мысли. Мимика, пластика, неожиданные переходы в другой регистр, чисто актёрские приспособления, — всем этим мастерски пользуется артистка. Одного лишь подчёркнуто избегает: ухоженной, выпестованной «красивости». Полная раскованность, естественная свобода самовыявления — это её стиль, её индивидуальность.
Режиссёр, операторы, художник использовали всё богатство возможностей телевидения для того, чтобы, передав эту неповторимую самобытность актрисы, создать на голубом экране театр Аллы Пугачёвой.
Уже пролог фильма — заявка на театральность зрелища. Конечно, это и «концертный номер» — Алла Пугачёва исполняет свою песню на стихи Евгения Евтушенко «Все силы даже прилагая». Но мы видим её на Ратушной площади, в людской толпе. Песня нарастает, ширится, как бы втягивая в своё русло зрителей, шагающих вместе с Аллой на её концерт. На ходу она раздаёт автографы, вступает в общение с окружающими её людьми.
Общение. Разве не с этого начинается театр? И бывает ли театр без развивающегося действия, обозначения места действия? Все эти «обязательные элементы» умно и точно введены в «Театр Аллы Пугачёвой».
Есть общение свободное, незаданное, импровизационно рождающееся в процессе выступления, в паузах между песнями. Так в прологе. Так на Певческом поле, когда исполняется «Песенка про меня» (музыка А. Зацепина, стихи Л. Дербенёва). Грустная песня женщины, уставшей от житейских невзгод, женщины, которая просит у судьбы счастья. Поёт её Алла, присев на ступеньку эстрады (деталь, подчёркивающая усталость), и всё подзывает к себе детей. Они, как известно, долго себя просить не заставляют — целая стайка примостилась рядом с певицей.
Кто-то, быть может, спросит: «При чём здесь дети?». Ответим за Аллу: «Дети всегда при чём, от них веет теплом и добром, с ними забываются невзгоды».
Есть в фильме не только импровизированная, но и заданная, даже отрепетированная форма общения. «Назначенными» партнёрами Аллы Пугачёвой становятся дети в шуточной музыкальной интермедии «Первоклассник» (музыка Э. Ханка, стихи И. Шаферана). Здесь дети «играют»… детей — шаловливых, озорных. А певица исполняет сразу две роли: она и «полпред» измученных первоклассников («Нынче в школе первый класс вроде института»), и строгая наставница, пытающаяся усмирить шалунов. Учтём при этом: весь «спектакль» длится 2 минуты 10 секунд.
И как любая актриса в любом театре, Алла Пугачёва оставляет за собой право на монологи.
Одна, без партнёра, ведёт свой монолог у мёртвой каменной стены актриса в «Сонете Шекспира» (музыка А. Пугачёвой). Впрочем, одна — это не совсем верно. «Партнёр» остаётся и в монологах. Это… телевизионная камера в руках оператора Михкеля Кярнера, камера, которая живёт и дышит вместе с актрисой, помогает ей держать предельно насыщенную паузу, передаёт каждое движение души, все оттенки мысли.
Наедине с телевизионной камерой творит Алла свой подлинный театр шекспировской трагедии в «Сонете», с тем же «партнёром» создаёт свои «озорные повороты». Любит, страдает, грустит, размышляет. Это камера переносит её то на шхуну «Кихну Йыннь» («Вот так случилось, мама»), то на телевизионную студию («Золотая рыбка»), то к берегу моря в Вяэна-Йыэсуу («Ты возьми меня с собой»)…
Но в какой бы уголок Таллина и его предместий ни переносила камера певицу, к концу песни непременно возвращает Аллу Пугачёву на эстраду Певческого поля, к зрителям.
Именно этот режиссёрский приём, этот возврат-рефрен становится функциональной осью фильма, создаёт ощущение его целостности. Многое привносят в фильм интересно найденные цветовые решения.
Необычайно эффектная, непрерывно меняющаяся цветовая гамма, сложный монтаж, смена планов — всё это подлинный художнический расчёт, позволяющий подчеркнуть трагическое звучание финальной песни. «Женщина, которая поёт» (стихи Кайсына Кулиева, музыка А. Пугачёвой и Л. Гарина) — это яркая эмоциональная и смысловая точка программы.
Быть может, не всё до конца удалось авторам этого интересного эксперимента. Но, бесспорно, удалось главное: оправдать название фильма, а, стало быть, воплотить его замысел. Да, это театр эстрадной песни, театр Аллы Пугачёвой — певицы и актрисы, которая хочет, чтобы её песня стала «зримой».
С. Ставицкая.
P. S. После премьеры фильма я позвонила в Москву Алле Пугачёвой. Она попросила передать через газету «Советская Эстония» сердечный привет участникам фильма-концерта: ими Алла считает всех зрителей, разместившихся на Певческом поле. И ещё Алла Пугачёва сказала:
— Я безмерно благодарна режиссёру и автору сценария Тоомасу Ласманну за его нестандартное мышление, за то, что он с такой готовностью, отказываясь от апробированных решений, шёл на смелые эксперименты. Я от души благодарю оператора Михкеля Кярнера за его работу самого высокого класса. Скажите ему, что лучших телевизионных портретов у меня никогда не было. Я благодарна городу Таллину за то, что он есть, за то, что в нём живёт так много любителей и ценителей песни. Я благодарна строителям эстрады Певческого поля — лучшей не знаю.
Советская Эстония. — Таллин, 1979. — № 12 (14 января).
|
|
|
|
