|
A Het (Братислава) 27.11.82 (№ 48) (издание на венгерском языке)
Alla Pugacsova, akinek néhány lemezét hazai hanglemezgyártó vállalataink is kiadták már, változatlanul a legfényesebb csillagok egyike a szovjet popzene egén. Vele készített interjút M. Gyeniszov, mely a Melogyija című folyóirat egyik nemrég megjelent számában látott napvilágot. Az alábbiakban az interjú rövidített változatát közöljük Sági Tóth Tibor fordításában.
A hanglemezgyár stúdiójában egy táblán mindig ki van függesztve a felvételek „menetrendje". Ebben a „menetrendben" szerepeltek nemrég egy napon a következő adatok: „Nagystúdió —14 órától 18 óráig: Álla Pugacsova és a Recital-együttes". Elkezdődött tehát a népszerű énekesnő új nagylemezének felvétele. Eddig öt nagylemezét adták ki, ezek: „A lélek tükre", Énekel: Álla Pugacsova", „Harlekín (Arlekino) és a többiek", „Lesz-e még " és „Kavarodás". Van egy hatodik is, ezen azonban Pugacsova nem énekel: a lemez az énekesnő legsikeresebb számainak zenekari átiratát tartalmazza a „Ritm" együttes előadásában. Ez az együttes sokáig szolgáltatta a zenei kíséretet az énekesnő fellépésein.
— Hogyan is kezdődön? — tettük fel az első kérdést a népszerű énekesnőnek.
— A hanglemezgyár, a lemezfelvétel sokáig valami elérhetetlent jelentett a számomra. De azért mégis úgy döntöttem, hogy elviszem megmutatni a hanglemezgyár művészeti tanácsának három dalomat. El is mentem, bár tudtam, hogy egyiket sem fogadják el. Akkor még nem ismerték a nevemet még énekesnőként sem, hát még szerzőként. Sejtésem beigazolódott. A kudarc nem keserített el különösképpen. Mai szemmel nézve a dalocskák bizony nem voltak valami jók. Akkor ezt mondtam magamban: legközelebb ide csak akkor jövök, ha valami olyan dalt adhatok a hallgatóknak — saját szerzeményemet vagy más zeneszerzők művét —, amelyet emlékezetükbe vésnének, s újra és újra szeretnének meghallgatni. Ma a hanglemezkészítésben ez a hitvallásom. A lemezkészítést tehát komolyan kell venni.
— Ön komolyan vette ?
— Igen. Amikor „A lélek tükre" („Zerkalo dusi") című első nagylemezem megjelent, ón már ismert énekesnő voltam, s a dalok, melyek a lemezre kerültek, már szintén igen népszerűek voltak. S a többi lemezeim is így készültek. Ezért mindig csodálkozom, ha látom a nagy sietséget, mellyel alig ismert előadók csaknem teljesen ismeretlen repertoárjukat igyekeznek minden áron hanglemezen megörökíteni.
— A kritika gyakran „Pugacsova színházát" emlegeti mert Pugacsova egy-egy dala valóságos „miniatűr színielőadás". A dal zenei dramaturgiája, értelme nem csupán az énekesnő hangja által nyer kifejezést hanem a mozdulatokban, a mimikában, a színészi játékban is, tehát nem csupán akusztikai, hanem vizuális élményt is jelent. Például „A királyoknak mindent szabad" vagy a „Harlekín" ("Arlekino") című dalok esetében az ember nem csupán a dallamot jegyzi meg, hanem az énekesnő jellegzetes mozdulatait, színészi teljesítményét is, melyek a dalt kísérik. Mindezt hogyan lehet a hanglemezre „átmenteni"’?
— Híve vagyok azoknak a hanglemezeknek, amelyek „élőben" készülnek, a hangverseny helyszínén és a hangverseny idején. Lehet, hogy a felvétel minősége ilyen esetekben néha rosszabb, mint a stúdiófelvételeké, ám az ilyen lemez mégis értékesebb. Dokumentáris, nem pedig illusztratív jellegűvé válik... Tudom, hogy a stúdiófelvételek egészen mások, mint a hangversenyek felvétele „élőben". Nekem mégis a koncert-felvétel áll a szívemhez közelebb. Az a közvetlen kapcsolat, mely a nézőközönséggel létrejön és a közönség reagálása pótolhatatlan ösztönzői az előadóművésznek, melyek a stúdiófelvételek alkalmával hiányoznak. Tehát a vágyam: egy koncert-lemez...
— Eddig megjelent öt nagylemeze arról tanúskodik, hogy egyre bővíti a repertoárját, egyre több lirai és filozofikus hangvételű dallal gazdagítja azt Eddigi lemezei egymástól teljesen különbözők, már ami a dalok jellegét és tartalmát illeti. Úgy tudjuk, az öt nagylemez közül kettőt kedvel a legjobban: Az elsőt („A lélek tükre") azért mert igazolta énekesnői kvalitásait, az utolsót ("Kavarodás") pedig azért, mert e lemez dalajnak Ön a szerzője, ez a lemez tehát igazolja zeneszerzői kvalitásait. Milyen lesz a soron következő lemez ?
— Szeretném, ha a következő nagylemezem dalainak azonos lenne a hangulata. Nem fogom siettetni ennek a lemeznek a kiadását sem. Annyit azonban már most is elmondhatok, hogy több olyan dal lesz az új lemezen, melynek szövegírója Ilja Reznyik. Ő írta például az „ügyeletes angyal", a „Nyugtalan utazás" és a „Ha majd elmegyek" című dalaim szövegét.
Fotó: Buzoga M.
ПЕРЕВОД
«Моя мечта — концертная пластинка...»
(Интервью с Аллой Пугачёвой)
Алла Пугачёва, несколько пластинок которой уже были выпущены и нашими отечественными звукозаписывающими компаниями, по-прежнему остаётся одной из самых ярких звёзд на небосводе советской поп-музыки. Интервью с ней берет М. Денисов, материал изначально увидел свет в одном из недавних номеров журнала «Мелодия». Ниже мы публикуем сокращённую версию этой беседы в переводе Тибора Шаги Тота.
В студии звукозаписывающей компании на доске объявлений всегда вывешено «расписание» текущих записей. В этом «расписании» недавно в один из дней значились следующие данные: «Большая студия — с 14:00 до 18:00: Алла Пугачёва и ансамбль „Рецитал“». Это означало, что началась запись нового диска-гиганта популярной певицы. К настоящему времени выпущено пять её сольных альбомов: «Зеркало души», «Поёт Алла Пугачёва», «Арлекино и другие», «То ли ещё будет...» и «Поднимись над суетой» (в венгерском тексте — «Kavarodás»). Существует и шестая пластинка, на которой сама Пугачёва не поёт: этот диск содержит чисто оркестровые переложения её самых успешных шлягеров в исполнении ансамбля «Ритм». Этот коллектив на протяжении долгого времени обеспечивал музыкальное сопровождение на живых выступлениях певицы.
— Как же всё начиналось? — с такого вопроса мы начали беседу с популярной артисткой.
— Студия звукозаписи и сам процесс создания пластинки долгое время казались мне чем-то абсолютно недосягаемым. Но в один прекрасный день я всё-таки решилась принести и показать художественному совету «Мелодии» три свои песни. Я пошла туда, хотя прекрасно понимала, что ни одну из них не примут. В ту пору никто ещё не знал моего имени ни как певицы, ни тем более как автора. Мои предчувствия полностью оправдались. Однако эта неудача меня особо не обескуражила. Глядя на те вещи сегодняшними глазами, надо признать, что те песенки действительно были не самыми лучшими. Тогда я сказала себе: в следующий раз я приду в этот дом только тогда, когда смогу предложить слушателям такие произведения — будь то мои собственные сочинения или песни других композиторов, — которые навсегда врежутся в их память и которые им захочется слушать снова и снова. Сегодня в этом заключается моё главное творческое кредо в работе над пластинками. К созданию дисков нужно относиться предельно серьёзно.
— Вы отнеслись к этому серьёзно?
— Да. Когда вышел мой первый сольный гигант «Зеркало души», я уже была широко известной исполнительницей, и те песни, которые вошли в альбом, уже успели завоевать огромную популярность в стране. И все мои последующие диски создавались по точно такому же принципу. Именно поэтому я всегда искренне поражаюсь, когда вижу ту безумную спешку, с которой малоизвестные молодые исполнители стремятся во что бы то ни стало зафиксировать на виниле свой практически никому не знакомый репертуар.
— Музыкальная критика часто использует термин «Театр Пугачёвой», поскольку каждая ваша песня превращается в полноценный «миниатюрный спектакль». Музыкальная драматургия и внутренний смысл произведения находят своё выражение не только в вашем голосе, но и в движениях, мимике, актёрской игре. Таким образом, зритель получает не только акустическое, но и глубокое визуальное впечатление. Например, в случае с песнями «Всё могут короли» или «Арлекино» человек запоминает не только саму мелодию, но и ваши характерные жесты, актёрские репризы, которыми они сопровождаются. Как всё это богатство возможно бережно перенести и сохранить на обычной грампластинке?
— Я являюсь убеждённым сторонником тех пластинок, которые записываются непосредственно «живьём» — прямо на месте проведения концерта и во время самого выступления. Возможно, техническое качество записи в таких условиях порой уступает рафинированному студийному звуку, однако подобный диск всё равно обладает гораздо большей художественной ценностью. Он приобретает подлинный документальный, а не просто иллюстративный характер... Я прекрасно знаю, что студийные сессии — это совсем другой процесс, нежели живой концерт. И всё же концертные записи мне намного ближе, к ним сильнее лежит моё сердце. Та прямая, мгновенная связь, которая рождается на сцене между артистом и зрительным залом, и живая реакция публики служат незаменимым стимулом для исполнителя. В студийных боксах всё это полностью отсутствует. Поэтому моя главная мечта сейчас — записать полноценный концертный альбом...
— Пять выпущенных к этому моменту дисков наглядно доказывают, что вы постоянно расширяете свой репертуар, обогащая его глубокими лирическими и философскими монологами. Все ваши альбомы абсолютно не похожи друг на друга по своему характеру и содержанию. Нам известно, что из этих пяти пластинок две являются вашими самыми любимыми: первая («Зеркало души») — за то, что она официально подтвердила ваши высокие певческие качества, и предпоследняя («Поднимись над суетой») — за то, что в ней вы выступили как полноправный автор музыки, закрепив свои композиторские качества. Каким же будет ваш следующий диск?
— Мне бы очень хотелось, чтобы все песни моего грядущего альбома были объединены общим, цельным настроением. Я не собираюсь торопиться с выпуском этой пластинки. Однако уже сейчас могу приоткрыть секрет: на новом диске будет много монументальных произведений, написанных в соавторстве с поэтом Ильёй Резником. Именно он является автором стихов к моим новым песням «Дежурный ангел», «Как тревожен этот путь» и «Когда я уйду».
Фото: М. Бузога.
A Het. — Братислава, ЧССР, 1982. — № 48 (27 ноября) (на венгерском языке)
|
|
|
|
