|
Le Monde (Париж, Франция) 02.06.86
Concert de bienfaisance à Moscou
Le rock au secours de Tchernobyl
De notre correspondant
Moscou. - « Ceci n'est pas un concert ordinaire. L'argent est l'argent. Mais nous voulons aussi donner notre coeur. » Vêtue d'une tunique dorée et d’un collant noir, sa longue chevelure rousse flottant au vent, la chanteuse Ala Pougatcheva s’adresse aux 30 000 spectateurs rassembles vendredi 30 mai dans le stade couvert construit pour les Jeux olympiques de 1980. Le concert de bienfaisance organisé exceptionnellement en URSS au profit des victimes de la catastrophe de Tchernobyl commence.
Ala Pougatcheva est probablement la chanteuse soviétique la plus connue du public et elle se déplace comme une star occidentale, entourée d’une nuée d’admirateurs. Quand elle chante, un groupe de danseurs exécute des mouvements syncopés sur la moquette verte qui sert de pelouse pour les matches de football.
Les billets ont été vendus 3 ou 4 roubles (1 rouble vaut environ 11 francs). La recette ira aux victimes mais Ala Pougatcheva estime qu’au total, avec la sortie d’un disque et d'une cassette vidéo, 1,5 million de roubles seront versés sur le «compte 904» où les dons pour Tchernobyl sont centralisés.
• L’initiative du concert revient aux artistes et pas au gouvernement », insiste Art Troitsky, l'imprésario d’Ala Pougatcheva. Disons que les autorités ont largement facilité l'opération et que le contrôle idéologique ne s'est relâché à aucun moment. Artistes tres officiels en costume gris et propos de même couleur alternent ainsi sur la scène avec des ensembles rock aux allures plus exotiques.
Le groupe Kruiz (Croisière) est certainement le plus éloigné des canons soviétiques habituels. Le look androgyne de son chanteur vedette Valéry Gaina, avec ses déhanchements, sa chaîne métallique autour de là taille et son maquillage a la David Bowie, constitue, un spectacle jamais vu pour un auditoire aussi large. Ce dernier, bien encadré par le Komsomol (la jeunesse communiste), reste plutôt froid...
• Nous ne voulons pas que la fin du vingtième siècle soit celle de toute la planète. Nous avons besoin de la paix», chante le groupe Autographe, entouré d'une epaisse fumée blanche au milieu des effets laser. Accompagné de sa guitare, Alexandre Gradsky, peut-être le plus applaudi de la soirée, célèbre le souvenir du poète et comédien non-conformiste Vladimir Vissotski, mort il y a cinq ans et devenu l’objet d’un véritable culte en URSS.
Ala Pougatcheva, en meneuse de jeu expérimentée, rappelle régulièrement l’objet du spectacle. Elle donne la parole a des ouvriers et à des soldats occupés a décontaminer la centrale et qu’on a rassemblés dans un studio de télévision de Kiev relié par télex. Elle les fait applaudir par la salle. L’équipe de mineurs de charbon qui vient d’achever un tunnel de 160 mètres pour atteindre le réacteur accidenté reçoit une ovation.
L’écrivain de science-fiction Julian Semenov annonce qu’il verse les droits d'auteur de son dernier roman, Dix-sept flashes du printemps, sur le « compte 904». La salle debout observa une minute de silence pour les victimes.
Tous les artistes qui ont participé an concert se regroupent pour le final et chantent en chœur : « Nous avons un soleil, une lune, une terre. Nous avons tous besoin de la paix. » Le message est conforme a la propagande officielle, qui lie inlassablement la catastrophe de Tchernobyl à la nécessité d'arrêter la course aux armements.
Si la forme, pour les groupes rock en tout cas, est inhabituelle, le fond n'a donc rien de quoi choquer la censure. Ala Pougatcheva, à la différence de Vissotski, qui chantait l'individualisme et la révolte, n’est pas une contestataire.
Civisme, solidarité; héroïsme de «nos» pompiers et de «nos» soldats, «lutte pour la paix». Rien ne manque, pas même la mise en garde à la presse occidentale. «Notre peuple a de la retenue et le manque de retenue coûte très cher. Je voudrais bien qu'ils le sachent », lance à propos des journalistes étrangers la meneuse de jeu en agitant son opulente chevelure rousse.
S'ils avaient eu des inquiétudes vendredi soir, les responsables de l'idéologie au parti sont allés se coucher rassurés.
DOMINIQUE DHOMBRES
ПЕРЕВОД
Благотворительный концерт в Москве
Рок на помощь Чернобылю
Наш специальный корреспондент
Москва. — «Это не обычный концерт. Деньги — это деньги. Но мы хотим отдать и своё сердце». В золотой тунике и чёрных колготках, с длинными рыжими волосами, развевающимися на ветру, певица Алла Пугачёва обращается к 30 000 зрителей, собравшихся в пятницу, 30 мая, в крытом стадионе, построенном к Олимпиаде 1980 года. Начинается благотворительный концерт, организованный в СССР в исключительном порядке в пользу жертв чернобыльской катастрофы.
Алла Пугачёва, вероятно, самая известная советская певица среди широкой публики. Она держится как западная звезда, окружённая целой толпой поклонников. Когда она поёт, группа танцоров исполняет синкопированные движения на зелёном ковре, служащем футбольным полем.
Билеты продавались по 3 или 4 рублям (1 рубль примерно равен 11 франкам). Выручка пойдёт пострадавшим, но, по мнению Аллы Пугачёвой, в целом, вместе с выпуском пластинки и видеокассеты, на «счёт 904», куда централизуются пожертвования на Чернобыль, поступит 1,5 миллиона рублей.
«Инициатива концерта принадлежит артистам, а не правительству», — подчёркивает Арт Троицкий, импресарио Аллы Пугачёвой. Скажем так: власти в значительной степени облегчили проведение этой акции, и идеологический контроль не ослабевал ни на минуту. На сцене чередуются очень официальные артисты в серых костюмах и с такими же серыми речами — и более экзотично выглядящие рок-группы.
Группа Kruiz («Круиз») — пожалуй, самая далёкая от обычных советских канонов. Андрогинный облик её солиста Валерия Гаины, его пластика, металлическая цепь на талии и макияж в духе Дэвида Боуи представляют зрелище, какого эта столь многочисленная аудитория ещё не видела. Публика, хорошо организованная комсомолом, остаётся довольно холодной…
«Мы не хотим, чтобы конец XX века стал концом всей планеты. Нам нужен мир», — поёт группа «Автограф», окутанная густым белым дымом и подсвеченная лазерными эффектами.Под аккомпанемент гитары Александр Градский, возможно, самый тепло встреченный артист вечера, исполняет песню памяти поэта и актёра Владимира Высоцкого, умершего пять лет назад и ставшего в СССР объектом настоящего культа.
Алла Пугачёва, опытная ведущая, регулярно напоминает зрителям, ради чего устроен этот вечер. Она даёт слово рабочим и солдатам, занятым дезактивацией станции, которых собрали в телестудии Киева, соединённой с Москвой по телемосту. Зал встречает их аплодисментами. Бригада шахтёров, только что закончившая проходку 160 метрового тоннеля, чтобы добраться до аварийного реактора, получает бурные овации.
Писатель-фантаст Юлиан Семёнов объявляет, что передаёт авторские гонорары от своего последнего романа «Семнадцать мгновений весны» на «счёт 904». Зал встаёт и соблюдает минуту молчания в память о жертвах.
Все артисты, участвовавшие в концерте, собираются вместе для финала и поют хором: «У нас есть солнце, луна, земля. Нам всем нужен мир». Послание полностью соответствует официальной пропаганде, которая неустанно связывает чернобыльскую катастрофу с необходимостью остановить гонку вооружений.
Если для рок-групп форма необычна, то содержание ничем не способно шокировать цензуру. Алла Пугачёва, в отличие от Высоцкого, который пел об индивидуализме и бунте, не является диссиденткой.
Гражданственность, солидарность, героизм «наших» пожарных и «наших» солдат, «борьба за мир» — ничего не забыто, даже предупреждение западной прессе. «Наш народ сдержан, а несдержанность очень дорого обходится. Я бы хотела, чтобы они это знали», — говорит ведущая, обращаясь к иностранным журналистам и встряхивая своей пышной рыжей шевелюрой.
Если у партийных идеологов и были в тот вечер тревоги, то спать они легли успокоенными.
ДОМИНИК ДОМБР
Le Monde. — Париж, Франция, 1986. — 2 июня
|
|
|
|
