|
Самодеятельный театр (Москва) 8-79 (август)
Певец и песня
[...] Пожалуй, не было на нашей памяти столь стремительного взлета эстрадной звезды, как тот, что выпал на долю Аллы Пугачевой.
Некоторое время ее имя было знакомо лишь узкому кругу любителей эстрады по радиопередачам, по выступлениям в сборных программах в прекрасном дуэте с Юлием Слободкиным. Первую большую победу Алла Пугачева одержала на V Всесоюзном конкурсе молодых артистов эстрады зимой 1975 года, став его лауреатом. И вот всего лишь несколько месяцев спустя ее «Арлекино» — песня Эмила Димитрова, принесшая советской певице высшую награду фестиваля «Золотой Орфей» в Болгарии, — стал шлягером, который буквально затопил эфир, а имя Аллы Пугачевой — самым ярким на эстрадном небосклоне.
Что это, случайная удача или «выдача на гора» того, что накапливалось исподволь, то есть закономерный успех?
Алла Пугачева родилась и выросла в Москве, в семье, где были свои артистические традиции. Родители Аллы — инженеры. Однако мать в юности была эстрадной певицей, она потеряла голос, выступая во фронтовых бригадах, а отец — цирковым артистом, которого тяжелое ранение вынудило сменить профессию. В доме всегда звучала музыка. Мать пела. И Алла на всю жизнь запомнила, как ответственно относилась она к выступлениям всего лишь перед друзьями.
Родители мечтали видеть Аллу пианисткой. Но после окончания музыкальной школы она поступила на дирижерско-хоровой факультет музыкального училища имени Ипполитова-Иванова: у нее были свои творческие планы. Алла решила стать певицей, и у нее хватило силы воли настоять на своем.
Вскоре ее стали приглашать на радио, она пела в передаче «С добрым утром» песни В. Шаинского — «Как бы мне влюбиться» на стихи Б. Брянского, «Не спорь со мною» на стихи О. Гаджикасимова, «Робота» Л. Мерабова на стихи М. Танича. Это принесло некоторый успех, появилась даже возможность петь с эстрады. И снова у Аллы хватило воли и разума все-таки прежде окончить училище, а потом уже думать о профессиональной сцене.
Первая работа — ансамбль «Новый электрон» Липецкой филармонии, работа, давшая внутреннюю свободу и очень важное ощущение себя частью коллектива. Алле нравилось петь, играть на рояле, участвовать в создании песен. Следующая ступень — творческая школа оркестра под руководством такого мастера, как Олег Леонидович Лундстрем, настоящая школа вкуса, музыкальности, артистизма. Наконец, ансамбль «Веселые ребята», с которым Алла выступала продолжительное время, — работа в этом коллективе сыграла заметную роль в биографии Пугачевой. Хотя бы потому, что аранжировка «Арлекино» была сделана руководителем «Веселых ребят» Павлом Слободкиным, а удачно найденная им цитата из старого циркового марша создавала очень нужную музыкальную атмосферу не только для слушателей, но и для певицы.
По словам Аллы, в своей работе над песней она прежде всего исходит из музыки.
— Но для меня очень важна и сюжетная линия. Больше того, песня, ее образ, зарождается в моем воображении с актерского видения, с чувства, что песня — моя. Может быть, потому, что сначала я стараюсь представить себе именно ее зримый образ.
Мне думается, самые первые слова, первые звуки мелодии должны быть активными, нести заряд, заставлять слушать. И финал — логическое завершение сюжета — также имеет огромное значение, он обязательно должен запоминаться.
А голос — аппарат, в котором сосредоточены все нужные краски. Причем аппарат послушный. Лишь тогда возможна творческая свобода.
На V Всесоюзном конкурсе Алла Пугачева пела очень разные по стилю песни — «Ермолова с Чистых прудов» Н. Богословского на стихи В. Дыховичного и М. Слободского и «Посидим, поокаем» А. Муромцева на стихи И. Резника; новеллу о погибшей на фронте актрисе и юмористическую бытовую зарисовку; она уверенно владела драматическим началом и острой характерностью.
Трагическое и смешное соединились несколько месяцев спустя в ее знаменитом «Арлекино».
Пугачева запомнилась мне такой, какой я увидела ее накануне выступления на «Орфее». Среди оживленной толпы загорелых беззаботных людей — был разгар курортного сезона — бросались в глаза ее бледность и какая-то особенная сосредоточенность на чем-то своем, очень для нее важном. Она разговаривала о мелочах, была даже приветлива, но все это было как бы вне ее существа. Она казалась слабенькой, прозрачной, словно лишенной красок... И вдруг вечером на эстраде Пугачева предстала уверенной, красивой, блестящей артисткой — звездой. Такие метаморфозы свойственны лишь людям талантливым.
Алла пела песню А. Мажукова «Ты снишься мне» с удивительной экспрессией и силой. Ее большой, запоминающегося тембра голос свободно заполнил зал, и звучала в нем такая беспредельная радость любви, что эта песня-признание захватила, покорила всех. А потом на наших глазах элегантная женщина превратилась в циркового клоуна — маленького, смешного, несчастного. С большим ртом, с деревянными руками, которые, словно на шарнирах, падая, сгибаются в суставах. И прошла перед нами в «Арлекино» целая жизнь циркового клоуна. Смех сквозь слезы.
— Люблю цирк, эксцентрику. Часами могу просиживать на занятиях в эстрадно-цирковом училище, — сказала потом Алла.
Это был триумф советской певицы. Фестивальный зал стонал, именно стонал, аплодируя. «Алла Пугачева — открытие не только «Золотого Орфея», — говорил директор фирмы «Балкантон» композитор Александр Иосифов, — а мировой эстрады».
Не прошло и года, как слова его получили подтверждение. С огромным успехом Алла Пугачева выступала во Франции на фестивале грамзаписи МИДЕМ, в Сопоте, гастролировала по странам народной демократии. И всюду звучал «Арлекино».
Казалось, «Арлекино» — творческий пик. Действительно, после него в репертуаре Пугачевой появилось и исчезло несколько «проходных» песен. Причем артистка стала слишком часто использовать одну из красок своей твор-ческой палитры — характерность. Краска эта очень яркая, несколько необычная для эстрадной певицы, поэтому особенно заманчивая. Но и опасная — став единственным актерским приспособлением, характерность может обернуться своего рода ущербностью, потерять обаяние.
Вдруг фильм «Ирония судьбы» с музыкой М. Таривердиева снова заставил говорить об Алле Пугачевой. В этом фильме Пугачева озвучивала песни на стихи Марины Цветаевой и Беллы Ахмадулиной.
Задача, стоявшая перед певицей, была довольно сложной — она пела за Барбару Брыльску, актрису яркой индивидуальности, героиня которой, по замыслу режиссера Э. Рязанова, именно в песнях раскрывает свой интеллектуальный мир, свою душу человеку, которого полюбила.
«Мне нравится, что вы больны не мной.
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами».
Как горько и просто произносит цветаевские строки Пугачева! Она раскрывает за поэтической символикой целый мир женской души, мир, далеко уходящий за рамки сюжета фильма.
А потом, будто оттаяв сердцем, говорит о зарождающейся любви, надежде и доносит всю трепетность затаенного признания.
«Я вижу: мачта корабля, И вы — на палубе...
Вы — в дыме поезда... Поля
В вечерней жалобе...»
Каким чудом ей, яркой эстрадной певице, удалось стать «антиэстрадной», как удалось, обладая большим голосом, чуть напевать, как удалось так глубоко проникнуть в мир другого человека, стать неузнаваемой? Прекрасная работа! Певица доказала, что «Арлекино» — отнюдь не творческий потолок.
Природа щедро одарила Аллу Пугачеву. Но кому многое дано, с того и спрос большой. Пугачева прекрасно понимает это — не случайно в разгар своей популярности она поступила учиться на заочное отделение режиссерского факультета Государственного института театрального искусства имени А. В. Луначарского. Певица почувствовала потребность в уроках актерского мастерства, в знаниях специфических законов драматического театра. Знания эти помогут артистке раскрыть свои потенциальные возможности, которые, на мой взгляд, еще очень велики.
В своей новой, теперь уже сольной, программе она продолжает поиски в двух направлениях: создает острохарактерные, почти гротесковые образы и стремится к постижению глубоко драматических коллизий. Она заставляет зал улыбаться и скандировать, когда поет песню Б. Рычкова на стихи Л. Дербенева «Все могут короли» (за эту песню Пугачева получила «Гран-при» на фестивале «Сопот-78»), ее язвительный смех, полная сценическая свобода, контакт с залом — все создает атмосферу народного балаганного представления. А через минуту Пугачева бросает нас в мир шекспировских глубин в Сонете № 90 (положенном на музыку ею самой):
«Уж если ты разлюбишь, так теперь,
Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.
Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!»
Она поет этот трагический монолог страстно, безоглядно, как откровение, потрясает искренностью мучительной исповеди.
Потом вновь блещет радостным задором в шуточной детской песенке А. Зацепина на стихи Л. Дербенева «Волшебник-недоучка» и вновь погружает слушателей в мир сильных эмоций в песне Л. Гарина и А. Пугачевой на стихи К. Кулиева «Женщина, которая поет» или в светлую печаль «Монолога Лиды» написанной ею на стихи О. Мандельштама.
У Пугачевой, как у каждого своеобразного художника, есть своя тема — внутренний мир человека, причем не элегические настроения ее волнуют, а бури. Есть у Пугачевой своя любимая палитра эмоциональных красок — прежде всего, яркие контрасты. Наиболее примечателен в этом смысле «Арлекино», но и в «Женщине, которая поет», и в, казалось бы, легкомысленной песенке А. Мажукова на стихи Д. Усманова «Очень хорошо», и в «До свиданья, лето» А. Зацепина на стихи Л. Дербенева мы видим необычное соединение драматических интонаций с жизнерадостными, печали расставания и светлой веры в любовь. При этом вот что примечательно: чем эмоционально глубже, сложнее песня, чем труднее она вокально, тем лучше поет ее артистка.
На вопрос, как идут занятия в ГИТИСе, Пугачева ответила :
— Очень интересно! Во-первых, я узнаю много нового, изучаю историю театра, эстетику, историю режиссуры. Главное же, режиссерское образование даст мне умение работать над песней, более глубоко трактовать ее. Ведь на эстраде певица сама себе режиссер.
Разговор этот происходил во время записи. Пугачева только что спела новую песню А. Зацепина на стихи Л. Дербенева «Песенка про меня» и придирчиво прослушивала пленку.
«Так же, как все, как все,
Я по земле хожу.
И у судьбы, как все,
Счастья себе прошу...».
Казалось, слова рвутся из самого сердца певицы.
— Эта песня из фильма, который был сделан по заказу телевидения. Речь там идет о судьбе молодой певицы, которая ищет свой исполнительский стиль на эстраде. И о ее личной судьбе. Разве может не волновать такая тема?
Замыслы, планы, учеба, записи, концерты — говорить об этом хочется бесконечно. Особенно с таким интересным собеседником, как Алла Пугачева. Каждая встреча с нею — в концертном зале, в эфире или на экране телевизора — обязательно раскрывает что-то новое в артистке, пусть не безусловное, но неожиданное и яркое. Да, не безусловное. Певица порой злоупотребляет открытым звуком, вибрацией. Порой излишне увлекается характерностью (как это ни парадоксально, не будь так ярка, так значительна индивидуальность артистки, все это было бы не столь заметно и опасно). Не все песни, которые поет и сочиняет Алла Пугачева, отвечают самым высоким требованиям — мы вправе предъявлять их такому талантливому человеку. Но веришь, что это естественные потери в пути, что они певицу беспокоят, заставляют искать, мучиться, постигать. Веришь в будущие творческие победы Аллы Пугачевой.
Н. Завадская.
Самодеятельный театр. — Москва, 1979. — № 8
|
|
|
|
