|
Melodie und Rhythmus (Берлин, ГДР) 8-75
„Goldener Orpheus“
Man kann in der ersten Juniwoche eines jeden Jahres aus verschiedenen Gründen nach Bulgarien fahren: Um bei sommerlichen Temperaturen durch den Schnee des Rila-Gebirges zu wandern, um im heißen Sand des Schwarzmeeresstrandes zu liegen oder um 100 Meter von diesem Sonnenstrand entfernt in Slanchev Brjag als Beobachter das Internationale Lieder- und Sängerfestival zu erleben. Diese Parade von rund 45 Spitzensängern aus 24 Ländern erstreckt sich über eine ganze Woche. Verschiedene, voneinander unabhängige, aber doch parallel laufende Wettbewerbe (Wettbewerb der bulgarischen Autoren, Wettbewerb der Sänger um die beste Interpretation eines bulgarischen Titels und der eigentliche Sängerwettbewerb), gewürzt mit Galaabenden engagierter, prominenter Künstler liefen allabendlich vor einem willigen Publikum und einer kritischen Jury im idealen, fast vom Meeresrauschen untermalten Ambiente des Sommertheaters.
Übrigens, das Wetter war zu Beginn des Festivals eitel Sonnenschein, wurde dann aber immer kälter und endete mit Regen. Aber wozu gibt es Dialektik? Das Stimmungsbarometer des Festivals stieg von Abend zu Abend. Um diese Spannung zu erzeugen, waren auch einige Künstler angereist, die für unseren — noch nicht Festivalroutinier — Hans-Jürgen Beyer doch eine recht starke Konkurrenz waren.
Abgesehen von der stimmgewaltigen bulgarischen Elite waren z. B. vertreten: Klari Katona, Gewinnerin der „Goldenen Lyra" 1974. Sie erhielt den Preis des Komitees für Rundfunk und Fernsehen. Elisabeth de Gracia (Kuba), eine erfahrene Festivalreisende, erhielt den 2. Preis für die Interpretation eines bulgarischen Liedes. Den ersten Preis dieses Wettbewerbes errang Concha Marquez aus Spanien.
Im eigentlichen Sängerwettstreit gab es fast ein Kopf-an-Kopf-Rennen. Eine beeindruckende Leistungsdichte an der Spitze, dann eine Lücke, und dann ein paar Sänger, die zwar sehr große Plakate aushingen, aber deren Leistungen nicht der Plakatgröße entsprachen.
Eine Sängerin aber, deren Auftreten bescheiden und zurückhaltend war, errang mit Bravour, mit Stimmeneinigkeit der internationalen Jury und mit voller Zustimmung eines begeisterten Publikums den „Grand Prix — Orphee d' or“. Sie hat eine ausdrucksvolle modulierfähige Stimme, sichere vielfarbige Stilistik, kann traurig und herzhaft komödiantisch sein, kommt aus der Sowjetunion und heißt Alla Pugatschowa — Foto 3 —.
Ihr direkt auf den Fersen ein Mann mit sowohl stimmlicher als auch schaumäßig überzeugender Leistung: Carl Wayne aus England —Foto 4—.
Und da es ein dichtes Spitzenfeld gab, wurden die 3 Preise an jeweils zwei Interpreten vergeben. So erhielt ebenfalls den 1. Preis Bogdana Zagorska (VR Polen). Den 2. Preis teilten sich Xanthi Peraki (Griechenland) und Stefka Onikian (VR Bulgarien).
Den 3. Preis konnte Hans-Jürgen Beyer erringen, mußte ihn aber mit einer Kollegin aus der Türkei teilen, die zu den erwähnten Sängern mit dem etwas zu großen Plakat gehörte. Die Reaktion des Publikums war eindeutig.
Großer Beifall am Ort für Hans-Jürgen Beyer. Seine sichere Leistung war das deutlich erkennbare Ergebnis einer kontinuierlichen zielgerichteten Entwicklungsarbeit der Generaldirektion beim Komitee für Unterhaltungskunst, wo er seit 1 1/2 Jahren künstlerisch betreut wird. Sein Titel - eine Beyer-Siebholz-Co-Komposition — und sein
bühnensicheres Auftreten brachten den Lohn: Einen Preis auf diesem heißen internationalen Parkett! Herzlichen Glückwunsch! Vertrauen wir weiterhin auf Hans-Jürgen, genauso, wie der Pilot der AN 24 auf dem Rückflug von Burgas nach Sofia Vertrauen zeigte, als er seinen Platz im Cockpit an Hans-Jürgen abtrat — Foto 5 —.
Der Höhenmesser blieb konstant! Ein gutes Zeichen. Jedenfalls scheinen die beiden Mitglieder der internationalen Jury, Raffael Somavilla (Kuba) und Horst Fliegel (DDR) im Passagierraum keineswegs beunruhigt — Foto 1 —.
Wesentlich mehr beunruhigt waren wir am Sonnenstrand, als der Gerd-Michaelis-Chor anreiste und leider ein Teil der Technik und des Instrumentariums den Zielort „Orpheus" bis zur Stunde des Konzerts nicht erreichte.
Eine Nervenprobe für diesen Chor, der sich nun nach längerer Pause neu formiert, hart und viel gearbeitet hat, für den dieses 40-Minuten-Gala-Konzert eigentlich eine Premiere und auf die Internationalität und das hohe Niveau des Festivals bezogen eine harte Feuertaufe war. Ließ sich der Erfolg von „Sopot 74“ wiederholen? Nach improvisierter Komplettierung der Technik eine kurze Anspielprobe, eine Pause, und dann erlebte das Publikum und die kritische Fachwelt einen Michaelis-Chor, der mit diesem Konzert, wie schon in Sopot, den Glanzpunkt setzte — Foto 2 —. Auf der anschließenden Pressekonferenz war die einstimmige Meinung der Journalisten, „... der Michaelis-Chor war die stärkste Darbietung des „Orpheus 75'“. Dieser Ruf verbreitete sich blitzschnell durch Radio und Fernsehen über Bulgarien, und so wurde der Chor auf der anschließenden 14tägigen Tournee am Meer und im Gebirge vom bulgarischen Publikum stürmisch empfangen und gefeiert.
Unsere Künstler verstanden es, sich beim „Goldenen Orpheus" mit beachtlichen Leistungen in ein sehr gutes Licht zu setzen.
Setzen wir alles daran, daß der Höhenmesser — nicht nur im Cockpit — konstant bleibt.
G. W.
ПЕРЕВОД
**«Золотой Орфей»**
В первую неделю июня каждого года можно отправиться в Болгарию по разным причинам: чтобы при летних температурах совершить поход по снегам гор Рила, чтобы полежать на горячем песке черноморского пляжа или же чтобы в 100 метрах от Солнечного Берега, в Слънчев Бряг, в качестве наблюдателя посетить Международный фестиваль песни и исполнителей. Этот парад, собравший около 45 топ-певцов из 24 стран, растягивается на целую неделю. Различные, независимые друг от друга, но все же проходящие параллельно конкурсы (конкурс болгарских авторов, конкурс певцов на лучшую интерпретацию болгарской песни и сам собственно конкурс исполнителей), приправленные гала-вечерами увлеченных, выдающихся артистов, шли каждый вечер перед отзывчивой публикой и критическим жюри в идеальной, почти подслушанной под шум моря атмосфере Летнего театра.
Кстати, погода в начале фестиваля была сплошь солнечной, но затем становилась все более прохладной и закончилась дождем. Но для чего существует диалектика? Барометр настроения фестиваля рос от вечера к вечеру. Чтобы создать это напряжение, были ангажированы также некоторые артисты, которые для нашего — еще не искушенного фестивального бойца — Ханса-Юргена Байера все же составили весьма сильную конкуренцию.
Помимо мощной болгарской элиты, были представлены, например: Клари Катона, победительница «Золотой Лиры» 1974 года. Она получила приз Комитета по радио и телевидению. Элизабет де Грасия (Куба), опытная фестивальная путешественница, получила 2-ю премию за интерпретацию болгарской песни. Первую премию этого конкурса завоевала Конча Маркес из Испании.
В самом конкурсе исполнителей шла почти равная борьба «ноздря в ноздрю». Впечатляющая плотность результатов на вершине, затем пустота, а затем несколько певцов, которые хоть и вывесили очень большие плакаты, но их достижения не соответствовали размеру этой рекламы.
Однако одна певица, чье выступление было скромным и сдержанным, завоевала с блеском, при единогласии международного жюри и при полном одобрении восторженной публики «Гран-При — Золотой Орфей». Она обладает выразительным, способным к модуляциям голосом, уверенной многоцветной стилистикой, умеет быть грустной и искренне комичной, приехала из Советского Союза, и зовут её Алла Пугачёва — Фото 3 —.
Прямо по пятам за ней шел мужчина с убедительным как в вокальном, так и в сценическом плане выступлением: Карл Уэйн из Англии — Фото 4 —.
И поскольку это была плотная группа лидеров, 3 премии были разделены между каждыми двумя исполнителями. Так, 1-ю премию получила также Богдана Загурская (Польша). 2-ю премию разделили Ксанти Пераки (Греция) и Стефка Оникян (Болгария).
3-ю премию смог завоевать Ханс-Юрген Байер, но вынужден был разделить её с коллегой из Турции, которая принадлежала к тем упомянутым певцам со «слишком большими плакатами». Реакция публики была однозначной.
Большие аплодисменты достались Хансу-Юргену Байеру. Его уверенное выступление стало четко различимым результатом непрерывной, целеустремленной развивающей работы Генеральной дирекции при Комитете развлекательного искусства, где он уже 1½ года находится под творческой опекой. Его песня — совместная композиция Байера и Зибхольца — и его уверенное поведение на сцене принесли заслуженную награду: премию на этом горячем международном паркете! Будем и дальше доверять Хансу-Юргену, так же, как пилот самолета АН-24 на обратном пути из Бургаса в Софию проявил огромное доверие, уступив свое место в кабине пилотов Хансу-Юргену — Фото 5 —.
Высотомер остался постоянным! Хороший знак. Во всяком случае, два члена международного жюри — Рафаэль Сомавилья (Куба) и Хорст Флигель (ГДР) — в пассажирском салоне выглядели совершенно спокойными — Фото 1 —.
Существенно больше мы были обеспокоены на Солнечном Берегу, когда прибыл Хор Герда Михаэлиса, и, к сожалению, часть техники и инструментов до самого часа концерта не достигла места назначения «Орфея».
Это стало настоящим испытанием нервов для этого хора, который после длительного перерыва сформировался заново, упорно и много работал, и для которого этот 40-минутный гала-концерт фактически стал премьерой, а с учетом международного характера и высокого уровня фестиваля — жестким крещением огнем. Удалось ли повторить успех «Сопота-74»? После импровизированной комплектации техники — короткая репетиция, пауза, и затем публика и критический профессиональный мир увидели Хор Михаэлиса, который этим концертом, как и в Сопоте, поставил блестящую точку — Фото 2 —.
На последующей пресс-конференции это было единодушным мнением журналистов: «... Хор Михаэлиса стал самой сильной частью „Орфея-75“». Весть об успехе певческой делегации на Солнечном Берегу Болгарии молниеносно распространилась по радио и телевидению по всей Болгарии, и хор на последующем двухнедельном турне на побережье и в горах был бурно встречен болгарской публикой.
Наши артисты сумели представить себя на «Золотом Орфее» с примечательными достижениями в очень хорошем свете.
Сделаем же все возможное, чтобы высотомер — и не только в кабине пилотов — оставался на стабильной высоте.
Г. В.
Melodie und Rhythmus. — Берлин, ГДР, 1975. — № 8 (август)
|
|
|
|
