|
Лесная промышленность (Москва) 01.01.81
Алла Пугачева: «Святая к музыке любовь»
Руки, как крылья. Еще один взмах, и... непривычная тишина воцарилась над эстрадой. Под сводами павильона один за другим гаснут ослепительно яркие «юпитеры». Певица уходит в прохладу длинных останкинских коридоров. Закончилась очередная телевизионная запись.
Ее звезда зажглась на глазах сотен миллионов телезрителей, когда осенью 1975 года на сцену Международного фестиваля эстрадной песни «Золотой Орфей» вышла еще никому не известная певица и исполнила «Арлекино». Исполнила искренне, талантливо, дерзко. Конец песни утонул в овациях.
В Москву Алла Пугачева вернулась с маленькой золоченой статуэткой «Гран-при» фестиваля эстрадной песни.
— А как, Алла, вы вспоминаете тот «звездный час»?
— В искусстве жаловаться некому. Кому-то дебют выпадает стремительно быстро и счастливо, кто-то терпит мучительно долго. Но главные испытания — нет, не вначале, они приходят потом...
— Так что же было после победы на «Орфее»?
Прошло почти пять лет. За это время ни минуты покоя. Гастроли по городам страны и за рубежом. Более ста песен записано для радио и кино. Главные роли в фильмах и телефильмах. Десять сольных «гигантов». Два из них на иностранных языках для гостей «Олимпиады-80» и для английской фирмы «ЭМИ». Общий тираж пластинок шагнул за сто миллионов экземпляров. Пугачева-композитор написала музыку к нескольким фильмам. И этого ей было мало. Она учится на режиссерском отделении ГИТИСа. Но поиск и песня всегда остаются главным в творческой жизни Пугачевой-актрисы.
А что было до победы на «Орфее»? Как-то Алла Пугачева в одном интервью призналась: «Если бы «гадкому утенку» в очках, с длинной рыжей косой из 496-й московской школы предсказали, что все это будет с ней, то она смеялась бы до упаду...»
— А если серьезно?
— Училась в музыкальной школе на Крестьянской заставе. Аккомпанировала в цирке. Начинала и несколько раз бросала петь...
Знаменитая Эдит Пиаф в одной из своих книг вывела аксиому успеха эстрадной певицы: «Надо решиться на то, чтобы быть самим собой и никем другим, кроме себя...» Алла Пугачева решилась.
— На эстраде нельзя долго эксплуатировать однажды удачно найденный образ. — рассказывает она, — долгое повторение все равно что бег на месте. Штамп — злейший враг творчества. Он размагничивает певицу, расхолаживает публику. На эстраде надо быть разным, а значит, искать...
Пугачева ищет. Она раздвинула обычные рамки жанра, в которых творит большинство исполнителей эстрадных песен.
Каждый выход Аллы Пугачевой на эстраду — это сцена, игровая миниатюра. Каждая песня, будь она нежная или задумчиво-грозная или веселая, ироническая или трагическая, — это образ, созданный массой актерских приемов от танцевальных движений до пантомимы.
— И последнее. Алла, беседу с вами мы ведем по многочисленным просьбам читателей нашей газеты. Что бы вы хотели передать им?
— А можно ответить письменно?
В блокноте появилась сделанная рукой Пугачевой еще одна запись. Вот она:
"Читателям газеты "Лесная промышленность" желаю счастья в новом году"
А. Б. Пугачева
Лесная промышленность. — Москва, 1981.— 1 января
Примечания архива сайта:
ПРИМЕЧАНИЕ 1: Утверждение автора статьи о существовании «двух сольных гигантов на иностранных языках для английской фирмы EMI и гостей Олимпиады-80» является сильным преувеличением советской прессы тех лет. Полноценные сольные номерные альбомы на английском языке в этот период так и не увидели свет.
ПРИМЕЧАНИЕ 2 (Расшифровка «десяти гигантов»): Заявленная цифра в 10 сольных дисков-гигантов на 1 января 1981 года формально бьётся, если учесть специфику изданий. В это число журналист включил: двойной альбом «Зеркало души» (2LP), гиганты «Арлекино и другие», «Поднимись над суетой», «То ли ещё будет» (всего 5 советских пластинок), болгарский диск 1976 года, японский релиз фирмы «Victor» (1978), чехословацкое издание «Zrkadlo duše» и финский диск «Huipulla» (1980). Десятым диском, вероятно, посчитали сугубо инструментальный лонгплей ВИА «Ритм» — «Дискотека А. Из репертуара Аллы Пугачевой» (1980), состоящий из оркестровых кавер-версий её хитов.
С другой стороны, если журналист утверждает, «два из них - для гостей Олимпиады», формально их должно остаться восемь, именно сольных дисков — 5 советских, японский, чехословацкий и финский. Болгарский диск 1976 по сути сольным диском не является, как и «Дискотека А»
|
|
|
|
